Книга Танго с Пандорой, страница 32 – Ирина Дегтярева

Ида промолчала, но поняла, что это важный урок для нее. Теперь не может быть никаких личных желаний и абсолютно все в ее жизни должно подчиняться работе и рассматриваться через призму целесообразности.

Ей захотелось, чтобы Петер смотрел на нее не только заинтересованно и подчеркнуто уважительно, но с восхищением, когда она будет опережать его пожелания и выполнять указания даже быстрее, чем он их озвучит.

В самом деле в очередную их встречу в городе через неделю, на набережной Шпрее, около Дворцового моста Шлоссбрюкке, поблизости от кафедрального собора с покатыми и зелеными от времени крышами Ида сообщила, что они с Максом зарегистрировали брак. Правда, родители мужа настаивают еще и на венчании, но она против.

— Обязательно венчайтесь! Благословляю, — улыбнулся Петер. — Вы, наверное, забыли, что вы теперь не коммунистка. Юношеское увлечение прошло. Теперь вы, фрау Шульц, должны быть степенной дамой. Вести дом, стать гостеприимной хозяйкой…

— Дядя Хельмут в качестве свадебного подарка пообещал похлопотать о судьбе Макса и сегодня утром телеграфировал из Шанхая — место в городском управлении Шанхая оставлено за молодым архитектором Максом Шульцем. Нас ждут там в ближайшее время. Кстати, как сказал дядя Хельмут, заправляют этим управлением англичане, как и большей частью Шанхая. Так что большинство коллег Макса будут именно они.

1923 год, Китай, г. Шанхай

Двухэтажный персиковый особняк с плоской крышей и вторым этажом, вырастающим из этой крыши, словно пробившим ее своим черепичным гребнем, небольшой двор с круглой клумбой перед входом, залитой дождем с поникшими цветами. Летом в Шанхае часто дожди и высокая влажность, которая облепила прибывших в Китай молодоженов.

Несколько дней в отеле, четыре дома на выбор — и вот в распоряжении четы Шульцев этот милый особняк с квадратными колоннами справа и слева от входа, с китайскими драконами, сидящими на верхушках этих колонн и охраняющими дверь, деревянную, резную, со стеклом в верхней части.

Ида подбирала дом с учетом всех требований конспирации, которым ее успели обучить в Берлине, вернее, в пригороде Берлина. После свадьбы она внезапно «приболела», уволилась из сырого книжного, тем более они с Максом собирались уезжать из Германии, и отбыла за город в клинику доктора Фаубе. Во всяком случае, так она объяснила это родным и Максу. Он, пока она «подлечивалась», собирал необходимые для поездки документы — до отъезда оставалось еще недели две. Ида их использовала продуктивно. К ней приезжали на конспиративную дачу педагоги по спецпредметам. Вышла, конечно, очень быстрая и поверхностная подготовка, но азы конспирации и выхода на связь она все же усвоила.

А уже перед самым отъездом она, по просьбе Петера, отправилась во Франкфурт, где ее познакомили с доктором Зорге. Он с женой предоставлял свою квартиру для курьеров Коминтерна. Их познакомил Уве. Она выпила у Зорге чаю, просидела часа два, удивляясь образованности хозяина, высокого, крупного, с чуть грубоватыми и одновременно мягкими чертами лица, с вьющейся густой шевелюрой, с пухлыми губами и высоким лбом умного человека, настойчивого в достижении целей. Ида узнала, что он воевал в Мировую, не однажды тяжело был ранен, ему еле удалось избежать ампутации обеих ног. Именно в госпитале Зорге в руки попали брошюры Либкнехта и Люксембург. Его судьба была решена. Что такое война, он уже знал, теперь ему хотелось только мира и справедливости.