Книга Кармен. Комсомол-сюита, страница 96 – Зоя Орлова

— Женя, ты чего? На мне узоров нет, — заметила я.

— Просто… я слышала… так, случайно услышала… — замялась она.

— Не знаю, чего ты там «случайно» слышала, только все это чушь собачья, — уверенно заявила я и улыбнулась. — Я умудрилась здорово простыть, когда шла тогда с баскетбола. Не подумала, оделась слишком легко, а вечер был морозный, сама же помнишь. — Женя радостно закивала. — Ну вот и пожалуйста, махровый цистит, понимаешь, во всей красе. Ты знаешь что такое «цистит»?

— Нет.

— Вот и молодец, и не надо. Короче, Жень, береги попу с молоду и всегда надевай теплые штанишки, — наставительно говорила я. А подруга смотрела на меня, приоткрыв рот. — Всем нашим передай мой пламенный привет, скажи, что все со мной хорошо, и через пару недель буду дома. Ну вот. А у тебя что новенького?

Женька смутилась, захлопала ресницами, а потом затараторила, рассказывая новости наших общих знакомых. В конце сказала с загадочной улыбкой:

— А Миша Вихляев просил тебя поцеловать. — И чмокнула меня в щеку. — Он к тебе тоже зайдет скоро. Просил узнать, что тебе принести.

— Миша? — я театрально подняла брови и сделала удивленные глаза. — Прямо целый Миша? Сам зайдет? С ума сойти! — Мырассмеялись. — Пусть принесет что-нибудь почитать, про шпионов. А еще пару блокнотов и шариковых ручек.

Женя обещала, что все передаст.

Михаил пришел следующим вечером. Он тоже принес мне мандарины, а еще пару шпионских романов из серии «Библиотечка военных приключений». Книги были пошарпанные, но еще крепкие, видимо, их часто читали. Пока я разбирала гостинцы, Вихляев внимательно наблюдал за мной. Я вытащила из кулька самый симпатичный, на мой взгляд, мандаринчик и начала не торопясь чистить.

— Миша…

— Да…

— Ты мне друг? — спросила я беспечно, отделяя дольку от оранжевого, перепончатого мандаринового тельца.

Вихляев напрягся и, выдержав секундную паузу, проговорил напряженно:

— Жениться не могу, извини.

— Чего?

Я рассмеялась. У него изумленно вытянулось лицо, а через секунду он тоже с облегчением рассмеялся.

— Что, казак, очко жим-жим? — сквозь смех спросила я и протянула ему пару мандариновых долек.

Он тихо чертыхнулся, сунул фруктовинки в рот и зажмурился от кислого сока.

— Тьфу ты… — проговорил он, жуя, — я-то черт-те чего подумал…

— А мне вот теперь любопытно, почему ты жениться не можешь, а? — Мне и правда стало любопытно. — Сам проболтался.

Мишка замялся, порозовел и отвел глаза в сторону. Наконец дожевал кислый мандарин, проглотил с трудом и, не глядя на меня, ответил:

— Мое сердце занято навеки.

Это было не смешно. Совсем. Мне вдруг стало так грустно… Почему-то подумалось: «Бедный Миха…».

— Не волнуйся, Миш, тебе не придется срочно жениться на мне, чтобы спасти мою девичью честь. И морду бить за меня тоже никому не надо. Извини, друг, я не хотела тебя обидеть.

Он вздохнул тихонько и снова повернулся ко мне.

— Проехали, — сказал примирительно. — Так чего ты хотела-то? Помочь чего?

— Уже не помню, — с удивлением ответила я. — Значит это было неважно. Ты лучше расскажи, что там у вас происходит, пока меня нет? Что интересного?

— Да все как обычно, — начал Михаил. — Завтра вечером будем в баскетбол играть, правда, у девчонок опять будет некомплект в команде. А вот через две недели наши хотят собраться, посмотреть диафильмы.