Книга Одинокая ласточка, страница 194 – Чжан Лин

Позже она сама пришла ко мне – в роли журналистки.

Может быть, подсознательно я для того и цеплялся за жизнь, чтобы дождаться ее прихода. Через три дня после нашей второй встречи я умер во сне.

Инсульт, также известный как острое нарушение мозгового кровообращения, апоплексия, удар – это вызванная ишемией гибель клеток головного мозга. Существует два вида инсульта: ишемический инсульт, вызванный закупоркой кровеносных сосудов, и геморрагический инсульт, вызванный кровоизлиянием. Оба вида инсульта приводят к мозговой дисфункции. Распространенные симптомы включают: невозможность пошевелить конечностями с одной стороны либо онемение половины туловища, неспособность понимать чужую речь, неспособность говорить, головокружение, утрату зрения на один глаз и др. Утрата функций может быть постоянной, также возможны долгосрочные осложнения: пневмония, недержание мочи и т. д.

* * *

Вот что в “Википедии” говорится про твою болезнь.

Мне не совсем нравится такое толкование, пусть я и сам врач. Был врачом.

На мой взгляд, толковать ее можно по-разному.

Например, с точки зрения метеорологии симптомы инсульта, который по-китайски зовется “ударом ветра”, это следы урагана, что пронесся по сложной, испещренной оврагами и водотоками местности, – иначе говоря, руины.

С точки зрения психологии инсульт – это когда настрадавшийся человек задействует кровеносные сосуды, чтобы блокировать нежелательные воспоминания, подобно тому, как землей и мешками с песком сдерживают паводок.

Еще можно толковать болезнь с точки зрения теологии, философии, даже физики, но мне уже некогда. Мы, три товарища, а вернее, три призрака – я, Лю Чжаоху, Иэн, – спешили в эту городскую больницу за триста километров от Юэху лишь для того, чтобы повидаться с тобой, и я должен научиться бережно расходовать слова и время.

Извини, я вовсе не хочу создать у тебя ложное впечатление (если это еще возможно), будто мы и вправду проделали без передышки долгий, тяжелый путь, прямо как курсанты в тренировочном лагере с их бесконечными ночными маршами. Для нас, призраков, все расстояния существуют лишь в мыслях, нас больше не обременяют ступни, туфли, ржавые велосипедные колеса, высокие горы, скалистые хребты, реки, болота, безжалостные ливни и снегопады, палящее солнце; стоит нам захотеть куда-то добраться, как мы уже там. Я говорю “спешили”, чтобы передать, как сильно я хотел тебя увидеть – этот день запоздал на семьдесят лет.

Твоя укромная палата – самая просторная и светлая в больнице, с кондиционером и всем необходимым для личной гигиены. Здесь можно жить сколько душе угодно: во-первых, твой внук – главный врач, а во-вторых, дорогостоящее лечение оплачивает твой зять Ян Цзяньго. Его картины теперь продаются по чи^[54], как когда-то шелк на рынке в Юэху, только цены, конечно, совсем другие. Лю Чжаоху сказал, что прошлой осенью на аукционе в “Кристис” работу Ян Цзяньго “Мама” купили за один миллион тридцать тысяч долларов. Говорят, женщина на картине, кормящая грудью мать, удивительно похожа на тебя. В прошлом ты делилась с ним рисом – он не забыл этот рис.

Стелла, моя Стелла. Сегодня я увидел тебя и потом долго собирался с духом, чтобы взглянуть еще раз. Я просто не мог себя заставить. Ты же звездочка, даже твои слезинки дарят людям свет – как мне связать твой образ из воспоминаний с этой старухой, чье тело словно мешок, из которого вынули все содержимое?