Книга Очаровательная негодница, страница 137 – Линси Сэндс

Она снова оглядела зал, а затем осторожно встала со стула. Слава богу, голова у нее больше не кружилась, как это было наверху. Мюри с облегчением вздохнула и направилась к двери на кухню. Во рту у нее все пересохло, она чувствовала горьковатый привкус, без сомнения вызванный той мерзкой жидкостью, которую Гэтти заставила ее выпить перед тем, как уложила в постель. Кружка хорошего эля, о котором упоминала Сесиль, была бы сейчас кстати.

Осторожно шагая, чтобы не вызвать нового приступа головокружения, Мюри прошла уже половину пути до двери на кухню, когда та вдруг открылась. На пороге показалась женщина, которую она видела в повозке днем. Заметив Мюри, незнакомка резко остановилась, потом повернулась и поспешила обратно на кухню. Мгновение спустя дверь снова распахнулась и в зал вышел Клемент. Настолько мрачным Мюри его еще не видела. За поваром по пятам с взволнованным видом следовал Тибо.

Они поспешили к Мюри. Подойдя к ней, Клемент молча взял ее за руку, развернул и решительно повел к столу на помосте.

– Вам не следовало вставать с постели, – мрачно заявил он, усадив ее.

– Может быть, – согласилась Мюри. – Но…

– Никаких «но», – строго сказал Клемент. – Вы серьезно ранены. Вы нас всех до смерти напугали, и если бы у вас была хоть капля здравого смысла, вы бы лежали сейчас в постели. Вам надо набираться сил!

Мюри заметила, что по лестнице торопливо спускается Сесиль. Однако, услышав слова повара, она оцепенела и изумленно уставилась на него сверху вниз. Никто не разговаривал с ее госпожой в такой бесцеремонной манере со дня смерти ее отца – даже король, ее крестный. Мюри тоже была удивлена поведением Клемента. На его лице были написаны беспокойство и страх, и это растрогало Мюри. Она поняла, что о ней беспокоятся, за нее искренне переживают.

– Он прав, миледи, – поддержал приятеля Тибо. – Вы потеряли много крови и до сих пор бледны как полотно. Я тоже считаю, что вам следует вернуться в постель.

– Да, но… – начала было она, но осеклась, поймав на себе строгий взгляд Клемента, говоривший о том, что ей лучше помолчать, если у нее нет веских аргументов. Вздохнув, Мюри сказала: – Я собиралась выпить немного эля, который муж привез из Карлайла, и, возможно, что-нибудь перекусить. Вот почему я направлялась на кухню.

Очевидно, она нашла нужные слова, потому что взгляд повара сразу потеплел.

– Вам надо было послать на кухню за едой кого-нибудь из слуг, – промолвил он. – Я пожертвовал одним из цыплят, чтобы сварить для вас суп. Бульон стоит на малом огне уже два часа. Думаю, он готов. Поешьте, чтобы восстановить силы. Я сейчас принесу его, а заодно подам эль. Не позволяй ей вставать, Тибо.

Последние слова он адресовал управляющему, а потом направился на кухню. Тот проводил его взглядом и, тихонько вздохнув, опустился на скамью рядом с Мюри.

– Не сомневаюсь, что суп будет восхитительным, миледи, – заверил он ее. – Милорд привез из Карлайла кое-какие овощи. Клемент готовит их так, как никто в графстве. Аппетитный запах пропитал весь замок, я уже целый час глотаю слюнки, но Клемент никого из нас и близко не подпускает к супу. Даже для того, чтобы просто попробовать. Он настаивает, что суп готовится только для вас. – Тибо добродушно улыбнулся. – Думаю, вы ему нравитесь.