Книга Очаровательная негодница, страница 113 – Линси Сэндс

– Ты не думаешь, что Мюри… – начал было он.

– Осгуд! – огрызнулся Балан и тут же пожалел о том, что повысил голос. Снова схватившись за голову, он процедил сквозь стиснутые зубы: – Ты только что рассказал о том, что моя жена разделась догола, чтобы дотащить меня до замка и спасти мне жизнь. Как ты смеешь тут же предполагать, что эта женщина сначала пыталась убить меня, а потом вдруг решила спасти?! Неужели ты настолько глуп? Я вот сейчас встану с постели и, несмотря на рану, придушу тебя!

– Да, это была просто бредовая мысль… – тут же сдался Осгуд.

Балан хотел было неодобрительно покачать головой, но даже при этом слабом движении тут же поморщился от боли.

– Где моя жена? – снова спросил он, нетерпеливо заерзав на кровати.

* * *

– Что ж, я оставила Сесиль и Осгуда дежурить у постели мужа. Теперь объясните, зачем вы вызвали меня сюда? Что заставило вас оторвать меня от него, когда он более всего во мне нуждается? – сказала Мюри, обводя взглядом людей, собравшихся на площадке крепостной стены.

Здесь были все – Гэтти, ее сын и дочери, Джулиана, Клемент, Тибо и, насколько Мюри могла судить, солдаты гарнизона в полном составе. Мюри предположила, что местом встречи была выбрана крепостная стена, чтобы не оставлять окрестности без присмотра. Этот факт заинтересовал ее, однако на прямой вопрос, к ее раздражению, никто отвечать не спешил. Она заметила, что люди избегали смотреть ей в глаза и неловко переминались с ноги на ногу.

Мюри, конечно, догадывалась, в чем дело. Обитатели замка видели ее в чем мать родила и теперь смущались в ее присутствии. Казалось бы, смущаться должна была она, а не те, кто видел ее наготу, и все же, как ни странно, их смущение помогло ей справиться с собственным чувством неловкости. Мюри была единственной в этой компании, чьи щеки не пылали алее маков.

– Ансельм, я вас слушаю, – наконец сказала она.

Мюри знала, что этого человека Балан оставил присматривать за Гейнором, пока сам был в отъезде. Значит, на него были возложены обязанности командира гарнизона.

Ансельм поколебался. Бросив взгляд на Мюри, он тут же потупил его, как будто она все еще была обнаженной, а не одетой в чистое новое платье бледно-кремового цвета. Мюри уже хотела повторить свое требование, но он наконец заговорил:

– Мы тут подумали, миледи, что вас во время путешествия сопровождали только лорд и леди Рейнард, их воины, слуги, а также ваша горничная и Осгуд.

– Это правда, – согласилась Мюри, догадываясь, к чему он клонит.

Подобные мысли ей тоже приходили в голову.

– Значит, злодей – один из них, – вмешался в разговор Годарт, словно это было очевидно.

По мнению Мюри, этот вывод тоже был вполне логичным, однако она нахмурилась. Сесиль была верной служанкой, не раз доказавшей свою преданность. Она заботилась о Мюри при дворе, утешая и утирая слезы, когда ее обижали. Что касается Осгуда… Мюри не была уверена в его порядочности, но он ей нравился. Мюри не хотела думать о том, что двоюродный брат ее мужа может быть причастен к покушениям на него. Она предпочла бы, чтобы преступником оказался другой человек.

– Нам нужно найти мотив, – промолвила она. – Подумайте, кому выгодна смерть Балана. Я уверена, что ни у Осгуда, ни у Сесиль мотива нет.

– Не знаю, как насчет вашей горничной, но у Осгуда мотив есть, – медленно произнес Ансельм.