Книга Обесчещенная леди, страница 51 – Мэри Джо Патни

— Что за глупости? Для друзей Лукаса наш дом всегда открыт! — Леди Мандевиль приветливо улыбалась, однако не спускала с Кенди острого, проницательного взгляда, словно пыталась понять, что за отношения связывают с ней Лукаса, а возможно, ее заинтересовало и то, что она носит траур. — Я покажу приготовленную для вас комнату, там вы сможете освежиться, а потом мы попьем чаю.

Чай, пирожные и допрос с пристрастием? Что ж, сказаласебе Кенди, этого следовало ожидать.

— Благодарю вас, это будет очень кстати.

Леди Мандевиль провела Кенди на второй этаж и распахнула дверь в просторную, изящно обставленную спальню: кровать с пологом, стол, диван, гардероб… все в нежных неброских цветах — зеленом, розовом, кремовом.

Кенди с улыбкой подошла к окну:

— Какое чудо, и что за прекрасный вид!

Слева от окна высилась древняя башня, камни которой, освещенные предзакатным солнцем, отливали бронзой. Внизу, под окном, раскинулся сад, уже пробуждающийся от зимнего сна, а вдалеке тянулась цепочка холмов, испещренных вспаханными полями и пастбищами.

— Какой у вас чудесный дом! Столько разных эпох! Скажите, Камден-Кейп — старое владение вашей семьи или вы с сэром Уильямом приобрели его, вернувшись из Индии?

— Это старое семейное владение, но принадлежит оно не нам, а Лукасу.

Удивленная, Кенди повернулась к пожилой даме:

— Я этого не знала. Он говорил о Камден-Кейпе как о вашем поместье.

Леди Анна улыбнулась:

— Он очень заботится о наших чувствах. Вы ведь знаете, что Лукаса многие годы считали погибшим, поэтому титул и поместье перешли к Уильяму. Он вырос здесь и был счастлив сюда вернуться. Потом Лукас чудесным образом восстал из мертвых, и все переменилось.

— Трудно было от всего отказаться? — с любопытством спросила Кенди.

— Ничуть. Конечно, адвокаты сделали себе на этом целое состояние, но на практике по большому счету ничего не изменилось. Лукас сказал, что мы можем по-прежнему пользоваться и Камден-Кейпом, и его лондонским домом как своей собственностью. Разумеется, мы ждем его в любое время как дорогого гостя и здесь и там.

— Как хорошо, что все так легко уладилось!

Леди Мандевиль рассмеялась.

— Это было совсем не сложно! Детей, которые могли бы претендовать на титул и поместье, у нас нет, а Лукаса мы оба любим как сына, и день, когда узнали, что он жив и возвращается домой, стал счастливейшим в нашей жизни. — Взгляд ее стал задумчивым. — Разумеется, все переменится, когда Лукас женится, но мы не намерены затруднять ему жизнь.

Расслышав в этих словах и то, о чем леди Мандевиль предпочла бы умолчать, Кенди сказала:

— По поводу меня вам беспокоиться не стоит: я разведена, репутация моя погублена, и еще раз выходить замуж мне запрещенозаконом. Надеюсь, я сумею добиться, чтобы мне вернули сына, но восстановить доброе имя вряд ли удастся. Мы с Лукасом друзья, а не возлюбленные.

Пожилая дама пристально взглянула на нее:

— Так вы бывшая леди Деншир? Мы что-то слышали. Там была вроде бы какая-то… грязная история.

Кенди вздохнула, хотя удивляться было нечему.

— Грязнее не бывает, это уж точно! Все свидетельства против меня были сфабрикованы Денширом, но у вас нет причин верить мне на слово. Чтобы не причинять вам неудобства, я могу отправиться в ближайшую гостиницу.

Леди Мандевиль подняла брови:

— В этом нет необходимости. Это дом Лукаса, вы его знакомая, а он, уверена, не стал бы сближаться с вами, не будь на то основательных причин. Так что добро пожаловать — и надеюсь услышать вашу историю.