Книга Фани Дюрбах и Тайный советник, страница 76 – Алла Ромашова

— Па-азвольте представиться! Инженер-изобретатель! Изобрел новое оружие, которое перевернет представление о войне. Россия теперь всю Европу может захватить, что там Крым!

Над Прокопьевым смеялись, одергивали его или прогоняли, но за одним столиком молодой штабс-капитан выслушал его внимательно, а после предложил выйти на улицу покурить. Прокопьев на заплетающихся ногах поплелся за новым знакомым. На улице штабс-капитан протянул Прокопьеву открытый портсигар. И после того, как инженер прикурил, ласково произнес:

— Шли бы вы, голубчик, домой. Я, кажется, вас знаю. Вы же в засекреченном бюро числитесь? Не дело вам здесь в пьяном виде расхаживать. Не дай бог, кто донесет. Тогда жди беды — уволят вас.

Штабс-капитан спросил у швейцара одежду «господина инженера», накинул плащ на плечи Прокопьева и вернулся в собрание.

Инженер постоял, пошатываясь, на ветру, и побрел домой. Но далеко не ушел. От стены соседнего здания оторвалась невысокая тень и направилась в сторону пьяного. Дойдя до Прокопьева, человечек замедлил шаг и воскликнул, всем своим видом выражая радость:

— Арсентий Петрович! Вы?! Не ожидал вас увидеть! Гуляете?

— А, это вы… Вас, кажется, Иваном зовут? — Прокопьев присмотрелся к подошедшему, узнав в нем секретаря Ивана Архипова. — Да, мы с вами знакомы. Я отдавал вам бумаги для передачи в фельдъегерскую службу. А теперь они пропали! Да-с! — Язык у инженера заплетался. — Но, вы знаете, что?! У меня есть новое изобретение! И оно… оно… — Прокопьев привалился к стене здания, чтобы не упасть. — Оно опрокинет ге-ге-ге-гегемонию Европы и сделает Российскую империю самой сильной державой в мире! И к черту пацифизм! К черту Герцена! Кто сильный — тот и прав!

Иван Архипов засмеялся и подставил плечо заваливающемуся набок инженеру.

— А знаете— что? Давайте-ка мы проедем ко мне? Посидим, поговорим, вы мне расскажете о вашем чудесном изобретении… Мне смерть как интересно!

— На квартиру? А поехали!

Как нельзя кстати из-за угла показалась пролетка. Прокопьев даже слегка протрезвел. Он оглянулся. Темная улица была пуста — никого. Какой-то пьяный валялся на травке недалеко от входа в общественное собрание. Архипов тоже покосился на него. Пьяный приподнял голову и проорал частушку, растягивая гласные:

Его голова упала на траву, и он затих. Архипов, уже не обращая внимания на лежащего, остановил пролетку и, подталкивая, принялся запихивать в нее Прокопьева.

— Гони, — приказал негромко, не называя адреса, и пролетка задребезжала по брусчатке ночного городка. Когда экипаж отъехал на приличное расстояние, забулдыга вскочил на ноги, оказавшись немолодым господином с круглым животиком, и свистнул. Из переулка появились дрожки. В мгновение ока протрезвевший певец частушек запрыгнул на них и крикнул:

— Василий, гони за ними что есть мочи!

Дрожки полетели вслед за экипажем.

Какое-то время экипаж ехал по брусчатке, затем свернул на грунтовую дорогу и понесся, поднимая пыль, вперед, в глухую ночь.

— Сильвестр Васильевич, сбавим ход? — прокричал рослый рыжий извозчик. — Эта дорога ведет к усадьбе графини Козыревой. Не уйдут.

Пузатенький господин ответил:

— Давай-ка вовсе остановимся. Дальше пойду пешком.