Книга Баронесса ринга, страница 117 – Минерва Спенсер

– Вы слишком быстро судите о том, чего не понимаете.

– Ну так объясните мне, если, конечно, не считаете, что мой мозг недостаточно развит для понимания всех сложностей светских браков.

Он прищурился, глядя на собеседницу:

– Знаешь, Марианна, такой затаенной обиды на аристократов я никогда не встречал, а ведь мы далеко не все такие, как Стрикленд.

– Я жду, милорд.

– Брат Сина, Роберт, был помолвлен с дочерью барона Шерефорда. Об этом браке договорились, еще когда оба они лежали в колыбели. Когда Роберт умер, это обязательство перешло к Сину.

– Да это просто… готично.

– Называй как хочешь. Не только честь обязывала его жениться на этой женщине. Согласно брачному договору, ему доставался участок земли. Не просто крупный участок, а земля, необходимая для устойчивого процветания деревни Стонтон. Без этого надела деревня вскоре захирела бы и погибла. Стонтон получал доступ к протоке, которая вдохнула бы в ту местность новую жизнь.

– Почему он просто не купил землю?

– Потому что Шерефорд, получивший баронство всего каких-то тридцать лет назад, денег не хотел, у него их и так было много. Он хотел, чтобы его зятем стал герцог. Хотел, чтобы его внук стал следующим Стонтоном. Перед Сином стоял простой, хотя и мучительный выбор: он мог обесчестить свое имя, но обрести счастье, а мог улучшить жизнь множества людей, зависевших от Стонтонов.

Марианна пришла в ужас:

– Что за кошмарный выбор – любовь или порядочность. Счастье двоих или благо для многих.

– Вот именно. И для благородного человека тут вопрос выбора не стоит.

Марианна пришла в бешенство:

– Зачем вы мне это рассказываете?

– Потому что узнал выражение, не сходившее с лица Сина вот уже несколько недель. Точно такое же я видел много лет назад, когда он любил Дженни.

Она вздрогнула: теперь ей стало известно имя женщины, которой посчастливилось обрести любовь герцога, но затем трагически потерять.

– Вы ошибаетесь, он меня не любит.

Марианне отчаянно захотелось, чтобы Гай ей возразил, но он только пожал плечами.

– Не знаю, как далеко все зашло. Но имей в виду – когда он женится, любовницы у него не будет. И он никогда не предпочтет обязательствам собственное счастье.

Марианна уточнила с горькой усмешкой, приправленной слезами:

– А статус любовницы – это все, на что я могу претендовать, верно?

– Ты можешь сколько угодно злиться или насмехаться, но такова реальность. Герцоги не женятся на цирковых артистках. Чем раньше ты покончишь с этим, тем легче будет вам обоим.

Гай произносил все это с болью в голосе.

И внезапно Марианна поняла: он говорит все это не только ей, но и пытается убедить самого себя. В конце концов, Карлайл – наследник герцогства, а любому, кто даст себе труд присмотреться, станет ясно, что он увлечен Сесиль, и это еще мягко сказано.

А что чувствует к нему Сесиль?

Вот это пока непонятно.

Марианна посмотрела на подругу, которая прямо едва ли не с остервенением стирала рубашку Гая, но мыслями, судя по ее лицу, была где-то очень далеко. Думала ли Сесиль о том, что после этого путешествия они с любовником уже никогда не увидятся? Или все-таки склонялась к тому, чтобы принять предложение Карлайла? Марианна не стала спрашивать Гая, относится ли он к тем мужчинам, кто считает незазорным иметь любовницу и после женитьбы, но, судя по газетным публикациям, это было вполне вероятно.