Книга Кухарка из Кастамара, страница 51 – Фернандо Х. Муньес

Герцогиня-мать в отчаянных попытках найти молодую особу, способную заставить ее сына забыть о своем горе, перебрала дочерей самых знатных семейств. Все они потерпели неудачу, и тогда, шесть лет назад, донья Мерседес, пользуясь дружбой с отцом Амелии, пригласила девушку на выданье к себе в Кастамар на все лето. Там она установила хорошие отношения с матерью и сыном. И хотя ей не удалось растопить сердце герцога, она верила, что смогла, в отличие от других, заставить его забыть о своей беде. Во всяком случае, за те несколько месяцев он несколько раз при ней улыбнулся.

– Я убеждена, дорогая, что, если бы не переполняющая его сердце боль, он выбрал бы вас, – сказала донья Мерседес в конце того лета шесть лет назад. – Даже и не знаю, что мне делать. Возможно, стоит подождать лучшего момента.

Но этот момент так и не настал ни для нее, ни для дона Диего. Да и жизнь Амелии уже не была такой, как прежде. Поэтому, когда она оказалась в бедственном положении в Кадисе, ее подруга Вероника Саласар – единственная, кто не бросил ее, – напомнила ей об этой короткой попытке в прошлом и о возможностях, которые открывались в связи с замужеством в будущем. Как же она была ей благодарна.

– Дорогая, мой хороший друг дон Энрике де Аркона говорит, что встречал герцога на нескольких приемах, – сообщила подруга, – и уверяет, что, скорее всего, сердце дона Диего уже открыто для новой любви… Ему это доподлинно известно, поскольку он приятельствует с доньей Мерседес, его матерью.

– Приехать в Кастамар было бы пределом мечтаний в моем сегодняшнем положении, – ответила Амелия, – но я не вижу никакой возможности сделать это без приглашения.

– Если желаешь, я могу попросить содействия у маркиза. Возможно, он сможет устроить встречу в Мадриде, которая будет выглядеть как случайная, и посодействовать твоему возвращению на ежегодные празднования в имении, – предложила та. – Амелия, очень даже вероятно, что твое появление окажется весьма кстати. В конце концов, только тебе удалось хоть немного растопить его сердце.

«Отчаяние вынуждает поверить в то, что невозможное возможно», – сказала себе Амелия и попросила подругу замолвить за нее словечко перед маркизом, но не сообщать ему о ее перипетиях в Кадисе. Вне всяких сомнений, дон Диего был ее единственным и лучшим вариантом. Ей было прекрасно известно, что при дворе короля Филиппа слишком велика конкуренция между желающими вступить в брак с аристократами и слишком много политических интриг, чтобы она могла найти достойного мужа, но герцог перестал быть желанной добычей для дам на выданье. Он уже слишком много лет не числился среди влиятельных придворных, несмотря на то, что оставался одним из любимчиков короля. Поговаривали, будто его величество во время приступов меланхолии писал ему письма, прося совета, поскольку оба они лишились своих жен, но только и всего.

Ответ маркиза не заставил себя ждать. Она встретится с доньей Мерседес на вечернем представлении, которое состоится в театре «Принц» 15 октября. Место на ее имя уже заказано и оплачено. Кроме того, маркиз не только был готов помочь ей из-за своей дружбы с Вероникой, но и уверял, что, если Амелии не удастся получить приглашение в Кастамар, они с матерью смогут разместиться на любое необходимое время в его личном имении. Поэтому сейчас Амелия сидела в театре, зная, где должны сидеть маркиз с герцогиней. В волнении она отвела взгляд и стала молиться, чтобы слухи о ее кадисских злоключениях еще не дошли до столицы, иначе ее будущее будет навсегда скомпрометировано.