Книга Кухарка из Кастамара, страница 267 – Фернандо Х. Муньес

– Если хотите, я лично могу отправиться на его поиски. Мне невыносимо видеть вас в таком состоянии.

Она жестом поблагодарила его и подошла ближе, чтобы поцеловать в лоб. Это стало для него настолько неожиданным, что он остолбенел. Ведь даже его собственные родители никогда не проявляли к нему такой нежности. Мать занималась только своими любовниками, а отец – борьбой за власть. На мгновение он застыл без движения, поскольку им вдруг овладело желание освободить негра и уберечь эту пожилую даму от страданий. Осознав это, он тут же взял себя в руки.

– Настоящая верность доказывается лишь в самые тяжелые минуты, – хриплым голосом ответил он, стараясь успокоиться.

Они продолжили свой путь верхом до ручья Кабесерас, и он надеялся оправиться от ужаса, который вызвало в нем это проявление нежности. Он понял, что его симпатия к этой даме может сыграть с ним злую шутку, поскольку она никогда не могла бы стать его матерью, хотя иногда ему этого и хотелось. Возможно, если бы это было так, он в глубине души был бы другим, менее жестоким и более доверчивым. Он вздохнул, отгоняя эти мысли.

– По крайней мере, кухарке стало лучше, – обронил он, – это ли не повод для радости.

И тут он не обманывал. Без Клары Бельмонте успех его планов зависел бы от бесполезной сеньориты Амелии, а это было уже пустой тратой времени. Донья Мерседес вздохнула, и Энрике догадался, о чем она думает.

– Вы в тяжелом положении, моя дорогая подруга.

Она кивнула, потянув коня за поводья, и нервно качнулась в седле.

– Я понимаю. Нельзя, чтобы Диего после стольких лет без женщины связал свою жизнь с собственной кухаркой, – неожиданно поделилась она своими сокровенными мыслями.

Энрике почувствовал облегчение от этих слов, которые давали ему повод привести в действие его маленький план.

– Возможно, дон Диего не осознает своих действий.

– Мой сын всегда осознает свои действия, это-то меня больше всего и тревожит.

Он увидел открытый фланг и с поразительной точностью ударил в него, изобразив на лице идеальное выражение обеспокоенности.

– Ваша настоящая проблема – эта дерзкая девчонка. Чем раньше она покинет Кастамар, тем скорее ваш сын начнет приходить в себя.

Для Энрике было очевидно, что дон Диего был влюблен в нее по уши. Достаточно было того, что он ни на минуту не отходил от ее постели с утра воскресенья, а была уже среда. Хотя когда-то кухарка и была настоящей сеньоритой, в чем никто не сомневался, сейчас она перестала ей быть, несмотря на свое образование, которое побуждало ее высказывать свое мнение, когда его никто не спрашивал, и теперь была всего лишь прислугой, от которой несет луком. Он подождал, пока донья Мерседес сделает вывод о том, что все и так знали и чего больше всего боялось ее сердце пожилой дамы.

– Хорошо бы так. Но Диего не позволит, чтобы сеньорита Бельмонте ушла, – объяснила герцогиня. – Зная его, могу предположить, что он задумал взять ее в жены, а это было бы катастрофой. Наследник славного рода Кастамаров в утробе кухарки! И это если она вообще сможет зачать, ведь она уже не так молода и, по словам моего слуги, ее мать родила одних девочек.

– Не огорчайтесь, – поддержал ее маркиз. – Мне тяжело видеть, как вы страдаете.

– Я даже думать об этом не могу, чтобы голова не шла кругом.

Он подумал, как ему повезло, что донья Мерседес была способна настолько проникать в суть проблемы и понимать последствия. Когда они переезжали один из мостиков через ручей, он остановился и выдержал театральную паузу, чтобы придать важности своему предложению.