Книга Возлюбленная распутника, страница 5 – Виктория Воронина

По мере приближения кареты к Уайтхоллу, Мейбелл все больше радовалась про себя, что с ними находится искушенная в светской жизни Лондона маркиза Честерфилд. Великолепие королевского дворца, раскинувшегося на полмили, подавляло ее. Он открылся ее взору огромный, роскошный, даже пугающий своей помпезностью. Тетушке же Эвелин все давно примелькалось в столице, и она не разделяла восторга своего брата и племянницы. Вместо того чтобы смотреть по сторонам она начала приводить им ряд доводов в пользу того, что они должны поселиться в ее доме на Стрэнде. Его роскошь, говорила она, еще больше привлечет потенциальных искателей руки Мейбелл,чем посещения более скромного дома Уинтвортов. Разумеется, приглашение маркизы Честерфилд было с благодарностью принято.

Тетушка Эвелин дала своему брату и племяннице только один вечер, чтобы отдохнуть от утомительного путешествия. На следующий день она планировала представить их к королевскому двору, и утром поднялась кутерьма сборов. Маркизу Честерфилд должны были одеть в платье не менее пяти служанок, еще одна пудрила большой парик маркизы, украшенный множеством атласных ленточек с крошечными бриллиантиками. Сама тетушка Эвелин сидела перед туалетным столиком, и зорко, как ястреб, следила за тем, как камеристка накладывает на ее щеки румяна. На ней была блуза из тонкого полотна с глубоким вырезом, отделанная кружевами и лентами, с расширяющимися рукавами до локтя и длинная, широкая юбка. Поверх был надет тугой короткий корсет из китового уса, который высоко поднимал ее грудь и делал на пару дюймов тоньше ее талию. В этом корсете трудно было дышать и наклоняться, зато он давал роскошное ощущение собственной светкости, ради которой маркиза Честерфилд была готова страдать и вдвое больше.

Прошло полдня, прежде чем маркизу Честерфилд полностью облачили в модное пурпурное платье с серебряным шитьем. В свое более скромное голубое платье Мейбелл вырядилась за полчаса, и тетушка Эвелин недовольно насупилась, заметив, что племянница совершенно затмевает ее своей красотой. Все ухищрения косметики и фамильные драгоценности оказались не в силах соперничать с прелестью шестнадцатилетней девушки с большими серыми глазами. Шелковистые темные локоны на редкость красиво обрамляли нежные щеки Мейбелл с ямочками, а улыбалась она так часто и очаровательно, что легко покоряла даже самые очерствевшие сердца. Однако маркиза сдержалась в выражении своего недовольства и только строго сказала племяннице, прежде чем направиться к выходу:

— Напоминаю, Мейбл, ты должна вести себя в высшей степени прилично и скромно, если хочешь заполучить прекрасного жениха. Один твой промах и пятно на твоей репутации будет не смываемым. Тогда ты кончишь свою жизнь как злосчастная Гортензия!

— Слушаюсь, миледи, — послушно отозвалась Мейбелл и присела в низком реверансе. Девушка в самом деле хотела быть послушной и обрести хорошего мужа не только ради самой себя, но также чтобы помочь своей обездоленнойродственнице, о которой с пренебрежением упомянула тетя Эвелин.

Удовлетворенная покорностью племянницы маркиза дала приказание трогаться в путь и через полчаса они прибыли к месту назначения.

Королевский двор находился в новом, недавно выстроенным возле Уайтхолла дворце, привлекавшего Карла Второго своим комфортом. Его силуэт был виден издалека, с любой из трех аллей Уайтхолла, расходящихся с запада на восток от центрального фасада. Изящный, с высокой крышей и чугунным кружевом балконных решеток, новый дворец окружила спокойная гладь пруда, которая отражала его как сказочное видение.