Книга Возлюбленная распутника, страница 2 – Виктория Воронина

Когда Сара добежала до ворот, приехавший из Лондона всадник уже сошел со своего коня на землю. К разочарованию Сары это оказался не ее муж, а его слуга Том, который с молчаливым поклоном протянул ей от него письмо.

Сара с трепетом взяла письмо с прилепленной большой гербовой печатью посередине и рискнула спросить у доверенного слуги своего супруга:

— Том, когда твой хозяин собирается навестить нас?

— Только не в ближайшее время, миледи, — отрицательно покачал своей большой русой головой Том. — Его милость нынче увлеклись новой актрисой Королевского театра — некоей Дженет Коулд.

Уголки губ графини Кэррингтон опустились от расстройства, и она медленно побрела назад к дому по небольшой дорожке, устланной осенними листьями, которые без конца теребил сильный ветер. Печаль снова овладела ее любящим сердцем, и казалось, она больше никогда не оставит его. Но на середине пути Сара Эшби стойко подняла свою голову, пытаясь сохранить достоинство перед слугами. Как бы ни было, Фред всегда возвращался к ней,и самые ослепительные красавицы Англии не могли заставить его забыть о том, что у него есть жена.

Мейбелл осторожно поднималась по лестнице в мансарду, бережно держа в руках вазу с лилиями. Слуги неохотно заглядывали к тетушке Гортензии, и девушка постепенно взяла опеку над своей пожилой родственницей на себя. Для всех остальных Гортензия была позором семьи Уинтворт. В юности она бездумно позволила очаровать и соблазнить себя блистательному герцогу Джорджу Вильерсу, влиятельному герцогу Бэкингему. Любовь к этому красивому вельможе затмила ее рассудок и заставила забыть благоразумные наставления матери и советы честолюбивой старшей сестры. Их предостережения оправдались в полной мере — ветреный герцог вскоре оставил опозоренную и потерявшую надежду на удачное замужество девушку. Но страшнее всего оказался для Гортензии гнев ее высокомерных родственников.

Уинтворты были провинциальными дворянами, они ничего не могли предпринять против премьер-министра Карла Второго, чтобы заставить его вернуть честное имя младшей сестре лорда Уинтворта. И Гортензия во второй раз вызвала гнев своей семьи, когда со своей подмоченной репутацией отказалась выйти замуж за грубого деревенского эсквайра Джона Манро, согласного к тому же взять ее в жены без всякого приданого. Строптивица сбежала с собственной свадьбы в зимний лес, где вдобавок отморозила себе ноги. Тогда негласно на ней был поставлен крест, и только жалостливая Мейбелл сочувствовала заброшенной представительнице своей семьи и навещала ее, радуя ее цветами и новыми книгами, привозимыми из столицы.

Когда Мейбелл вошла в комнату, Гортензия отложила пьесу Шекспира «Много шума из ничего», которую перед этим читала, и при виде племянницы с прекрасными лилиями румянец удовольствия окрасил ее бледные щеки.

— Как вы себя чувствуете, тетя Гортензия? — ласково спросила Мейбелл, ставя вазу с цветами на столик.

— Спасибо, Мейбл, в общем хорошо, только кашель меня немного беспокоил, — сказала тетушка с виноватым видом. Она привыкла к тому, что всем причиняет одно беспокойство, и постоянно смущалась по этой причине.

— Тогда я вам сделаю новый отвар лечебных трав, — встревоженно проговорила девушка, по опыту зная, что тетя склонна преуменьшать серьезность своих недугов.