Книга Возлюбленная распутника, страница 240 – Виктория Воронина

Священник Герберт Доу предстал перед ними в своем парадном облачении и начал проводить обряд венчания. Тут сердце Мейбелл испуганно замерло, как пугливый воробушек. Она отчего-то боялась, что на вопрос священника знает ли кто причину, препятствующей лорду Эшби вступить с нею в законный брак, кто-то из присутствующих непременно встанет и назовет ее. Ей казалось, она не заслуживает своего счастья и это обнаружится прямо во время венчания.

Вопреки ее страхам и опасениям все молчали, и священник Доу провозгласил Альфреда Эшби и Мейбелл Уинтворт мужем и женой. Органист заиграл свадебный марш, и все бросились поздравлять новобрачных.

В большом обеденном зале дома Уинтвортов намечался бал и торжественный обед. Не забыла Мейбелл про своих арендаторов и слуг. Прямо во дворе были накрыты большие столы, уставленные щедрым угощением, и юные дочери фермеров от души танцевали джигу и другие деревенские танцы вместе со своими ухажерами прямо под сенью парковых деревьев. Хозяйка поместья Уинтвортов распорядилась привечать всех людей, которыезахотят прийти на ее свадьбу, и даже цыгане могли воспользоваться в этот день ее гостеприимством. Она щедро делилась своим счастьем с окружающими ее людьми, и всем ее собеседникам передавалось ее приподнятое ликующее настроение. Но Мейбелл не могла не заметить, что ее ненаглядный муж становился все молчаливее и сдержаннее. Он как будто перестал радоваться их долгожданному празднику и все стремился удалиться от всех. Мейбелл приходилось уделять внимание гостям за себя и за него, и все чаще она принималась тревожно следить взглядом за своим любимым, не понимая, почему его настроение так резко переменилось и стало угрюмым. Она заметила, что к Альфреду то и дело подходил доктор Харви и начинал давать ему какое-то снадобье, похожее по цвету на темный рубин. На некоторое время лицо графа Кэррингтона розовело, но потом и лекарство перестало ему помогать. Он ушел из бального зала и больше никому не показывался. Тогда Мейбелл подошла к Саймону Харви и потребовала у него объяснений.

— С вашим мужем ничего страшного не случилось, миледи, он скоро вернется к вам, — попробовал было все отрицать ее собеседник.

— Доктор, но я вижу, что Альфред болен. Прошу вас, скажите, чем я могу в этом случае помочь ему, — стала просить его молодая женщина. Против умоляющих глаз этой редкой красавицы даже сдержанный доктор не мог устоять, и он, вопреки приказу графа Кэррингтона, рассказал его юной жене, как граф пострадал от схватки с волком, который чуть было не утащил с собою ее маленького сына.

Ужас проник в самую глубину сердца Мейбелл, когда она представила себе, какая опасность угрожала ее самым близким и любимым людям. Она расплакалась при мысли о том, какую чудовищную боль сейчас испытывает ее любимый муж, и что пришлось ему вынести в этот день ради права назвать ее своей женой. Все еще продолжая плакать, Мейбелл побежала в спальню, где находился ее Альфред, но гости не обиделись на ее ранний уход, с пониманием отнесясь к тому, что молодоженам захотелось остаться наедине.

При виде вошедшей жены Альфред привстал с двуспальной кровати, и с усилием произнес:

— Дорогая, я сейчас выйду к тебе и гостям. Дай мне еще несколько минут, чтобы привести себя в порядок, и я снова буду готов вести светские беседы.