Книга Возлюбленная распутника, страница 243 – Виктория Воронина

Мейбеллбыстро повернулась к мужу, который продолжал невозмутимо пить свой чай во время рассказа старшего сына, и решительно сказала ему:

— Фред, нужно немедленно забрать детей из этой школы! Это просто тюрьма какая-то, причем из наихудших!

— Любовь моя, в других школах для мальчиков царят точно такие же порядки! Но в Итоне они хотя бы находятся среди учеников одного с ними круга, и их учат лучшие в Англии преподаватели, — спокойно объяснил ей Альфред. — Или ты предлагаешь оставить их неучами?

— Мы можем нанять для них домашних учителей, — не сдавалась Мейбелл.

— Вижу, мои сорванцы обрели в тебе надежного союзника, — вздохнул граф Кэррингтон. Он поставил свою чайную чашку на полку камина и подошел к своим сыновьям. Мальчики испуганно посмотрели на отца, настороженно ожидая его решения. Против их ожидания отец ласково заговорил с ними, стараясь силой своих аргументов убедить их в своей правоте.

— Эд, Луи, я, конечно, могу забрать вас домой в уютную постельку хоть сию минуту, поскольку ни в чем не могу отказать вашей мачехе, — в некоторой задумчивости произнес он. — Но, подумайте сами, послужит ли такое решение вашему благу? Мир греха и порока, в котором мы живем, это очень жестокий мир, дети мои. Чтобы выжить в нем и тем более победить, нужно пройти закалку не только тела, но и духа! Здесь, в Итоне, вы постигаете не только азы наук, а также азы жизненной правды. Нужно учиться бороться с противниками, нападающими на вас, со своими собственными слабостями, с лживыми доброжелателями. И тогда вы вырастите настоящими мужчинами, способными в ответ на один удар нанести своим обидчикам десять ударов, и таких мощных, что навсегда отобьете охоту у них связываться с вами снова. Если вы выдержите Итон, то вы выдержите в своей жизни все!!! Так каков будет ваш выбор?

— Я остаюсь в Итоне! — быстро ответил хрупкий Луи, увлеченно смотревший на отца во время всей его речи своими черными глазами, унаследованными от матери-француженки. Он обожал своего великолепного родителя и мечтал быть похожим на него. — А когда мистер Рождерс снова начнет меня бить по пальцам тростью, я скажу ему спасибо за эту науку.

— А ты, Эд? — повернулся граф Кэррингтон к своему старшему сыну.

— Если Луи решил остаться, то я остаюсь вместе с ним, — чуть поколебавшись, нехотя ответил Эд. Онбыл очень привязан к сводному брату, в чем была немалая заслуга графини Сары, принявшей внебрачного сына мужа от другой женщины как родного.

— Мальчики, пишите почаще письма, — расплакалась жалостливая Мейбелл, которую расстроило решение детей остаться в этом ужасном месте, которое называется Итоном. — Если понадобится помощь, я непременно приеду к вам!

— Дорогая, не печалься, — нежно сказал ей муж. — В конце концов, от учебы в Итоне еще никто не умер. Я, как видишь, жив, здоров, и даже благодарен Итонской школе за то, что она сделала из меня человека сильного и не боящегося трудностей. Эд, Луи, надеюсь, вы покажете своей сестре хорошие манеры во время обеденной трапезы, на которую нас любезно пригласил господин Крэдок.

Но малышка Арабелла, утомленная долгой дорогой и шумными непонятными разбирательствами взрослых, уснула на кушетке. Родители оставили ее на попечение слуг ректора, а сами отправились в старинную темную столовую 15 века, где ректор и преподаватели обедали вместе со своими учениками.