Книга Возлюбленная распутника, страница 22 – Виктория Воронина

Сара Эшби стояла у окна гостиной с синими бархатными занавесями и неотрывно смотрела на сгущающиеся за стеклом зимние сумерки. Как никогда прежде ей было грустно и одиноко. Раньше она надеялась на то, что ее муж угомонится и вернется к ней, устав от всех своих развлечений. Но когда Альфред занялся политикой, она поняла, что его прежние светские забавы были сущими цветочками по сравнению с политическими интригами. Он совсем перестал ее навещать, и, не вынеся такого положения дел, Сара тайно съездила в Бристоль к знаменитой прорицательнице Джессамин, желая хотя бы обрести надежду на будущее. Однако гадалка, раскинув свои карты, лишь с сочувствием посмотрела на несчастную графиню Кэррингтон и предсказала ей судьбу столь безотрадную, что леди Эшби больше не могла обрести себе душевного покоя.Отвлекалась она лишь посторонними делами и заботой о детях. Неожиданный приезд неизвестной молодой леди, разбивающий зимнюю скуку английского поместья, очень заинтересовал ее, и она тут же пригласила Мейбелл к себе.

Горничная провела Мейбелл через большой продолговатый холл с множеством высоких дверей, и девушка очутилась в уютной гостиной, ярко освещенной свечами и пламенем камина. Оклеенные лионскими обоями стены, пестрый ковер, синие бархатные занавеси и мебель красного дерева выглядели несколько скромно по сравнению с парадным убранством больших столичных залов, но все же и на них лежал отпечаток роскоши, свойственной жилищу знатных аристократов.

Мейбелл ожидала средних лет рыжеволосая женщина с резкими чертами лица. Она была одета в так называемое «ночное» платье свободного покроя, которое носили только в личных апартаментах, и зеленый шелк приглушенных тонов довольно точно обрисовывал очертания ее долговязой фигуры. Грустные глаза Сары Эшби печально смотрели на вошедшую девушку, и скорбные складки возле ее низко опущенного рта не могла разгладить даже веселая возня маленького черно-белого спаниеля, высоко подпрыгивающего, чтобы привлечь к себе внимание своей хозяйки.

— Присаживайтесь, мисс Уиллоби, — графиня знаком пригласила Мейбелл сесть на стул возле чайного столика, а сама села в свое большое кресло. — Какие же новости передает мне моя давняя подруга, леди Энн?

Мейбелл собралась с духом и сказала:

— Миледи, леди Драйтон мне много рассказывала о вас и вашей доброте. Она говорила, что если последний бедняк обратится к вам за помощью, то он уйдет утешенный и ободренный. Так уж случилось, что сейчас в помощи нуждаюсь я. Я бедная, оступившаяся девушка, которую увлекли на путь греха с помощью обманчивых любовных обещаний, осталась теперь одна в ожидании ребенка.

В глазах Сары Эшби промелькнуло сочувствие, и она сказала:

— Бедное дитя, ваше положение ужасно! А что, ваши родные не могут заставить подлого соблазнителя жениться на вас?

— Миледи, он женат, — Мейбелл от стыда опустила голову. В эту минуту она рисковала быстро утратить зарождающееся расположение графини Кэррингтон, которая не могла не сочувствовать обманутой жене, будучи супругой известного повесы.

— Понятно. Но если вы виновны, то он виновен вдвойне — нельзя было соблазнятьтакую молоденькую и наивную девушку как вы, а затем бросить ее на произвол судьбы, — сдержанно отозвалась Сара Эшби и, помолчав, спросила: — Какой же помощи вы от меня ожидаете, мисс Уиллоби?