Книга Возлюбленная распутника, страница 23 – Виктория Воронина

— Примите меня на службу, миледи, — быстро проговорила Мейбелл. — Я многое умею делать и буду вам хорошей камеристкой.

— Когда ожидаются у вас роды? — осведомилась хозяйка поместья.

— Не ранее середины лета, миледи, — почтительно ответила Мейбелл.

Графиня помолчала, что-то прикидывая в уме, затем, улыбнувшись, она сказала:

— До этого времени вы успеете хорошо мне послужить, мисс Гортензия. Но я не могу знакомую моей подруги сделать простой камеристкой, поэтому вы будете моей компаньонкой и выполнять мои мелкие поручения. Согласны?

— Да благословит вас господь, миледи! Ваше предложение превзошло все мои ожидания, — с чувством произнесла Мейбелл.

— Значит, решено, — удовлетворенно проговорила Сара. — Я скажу своей экономке миссис Таллайт, чтобы она приготовила комнаты для вас и вашей няни, а потом мы с вами будем пить вечерний чай со свежим печеньем.

Для Мейбелл это был один из лучших вечеров в ее жизни — она нашла больше дружеского участия к себе, чем могла надеяться. Сара Эшби со своим любезным и ласковым обращением чрезвычайно понравилась ей, и девушка поняла, что она очень быстро приживется в Аббатстве Кэррингтонов.

Первые лучи солнца разбудили Мейбелл, и она привычно насторожилась, стараясь уловить звуки голоса своей маленькой дочурки. Но крошка Арабелла, еще ночью усыпленная монотонной колыбельной песнью старой Дженни, спала глубоким сном. Зрелище спящей в колыбели девочки успокоило Мейбелл, и она выглянула в окно, отдернув муслиновую занавеску. За окнами восточной стены дома открывался прелестнейший вид на сад, озаренный рассветным солнцем: каскады белых роз спускались по старинной стене аббатства; алый шиповник оплетал беседку в саду, напоенного густым цветочным ароматом; проснувшиеся листья яблоневых деревьев о чем-то тихо шептались с утренним ветерком.

Мейбелл быстро оделась в свое кремовое утреннее платье и спустилась в сад. В этот ранний час она встречалась только с садовником, деловито хлопотавшим возле своей очередной рассады. Остальные обитатели дома, включая служанок, начинавших свой рабочий день на кухне в шесть часов утра, еще нежились в своих постелях.

Мейбелл любила так проводить свои утренние часы. В это время Гринхиллс принадлежал ей одной, и она могла ходить по нему, куда ее влекло ее воображение. Девушка испытывала настоящее счастье, находясь в доме своего возлюбленного, где все напоминало ей о нем. Большой портрет нынешнего графа Кэррингтона, висевший в большом холле посреди изображений его предков и их жен, часто приковывал к себе ее взгляд, но свободно разглядывать его она могла только в ранние часы дня, когда за нею никто не наблюдал.

Вдоволь налюбовавшись изображением Альфреда Эшби, Мейбелл вышла в сад. Обычной ее обязанностью было срезание утром свежих цветов для графини, но накануне Сара Эшби поехала в Гластонбери к семейному поверенному, чтобы узнать новости об отсутствующем муже. Мейбелл поначалу недоумевавшая почему графиня Сара всегда имеет печальный и угнетенный вид, — ведь быть женой графа Кэррингтона представлялось Мейбелл ни с чем не сравнимым счастьем, — поняла, что вечное отсутствие мужа давало графине вполне обоснованный повод жаловаться на него.

Осознав, насколько графиня Сара покинута своим мужем, Мейбелл постаралась по мере своих сил развлечь и утешить ее. Она живо и увлекательно рассказывала Саре о Лондоне, об светских балах и приемах, на которых ей приходилось бывать, и пела ей модные песенки, звучавшиев лондонских театрах под музыку клавесина. Графиня Сара не любила читать, несмотря на то, что в Гринхиллсе была прекрасная библиотека, а граф Альфред раз в полгода для ее пополнения присылал все интересные книжные новинки, издаваемые в столице. Однако Мейбелл, обладая приятным голосом, постоянно читала графине вслух, и постепенно привила своей госпоже любовь к книгам. Особенно понравился графине Саре модный французский роман мадам де Лафайет «Принцесса Клевская». Поступок главной героини, устоявшей перед пылкой любовью к герцогу де Немурскому, и даже после смерти мужа не пожелавшей ответить на чувство своего возлюбленного вызвал ее самое горячее одобрение.