Книга Возлюбленная распутника, страница 16 – Виктория Воронина

Это обещание возлюбленным новой встречи вскружило голову девушке. Мейбелл восторженно прижала розы к своей груди и засмеялась. Ее счастье было таким большим и необъятным как присланный Альфредом Эшби букет роз.

С момента расставания с лордом Альфредом Эшби прошла всего неделя, однако Мейбелл начало казаться, что она не видела его целую вечность. Сначала она думала, что он даст ей знать о себе через два-три дня. Путешествие графа Кэррингтона представлялось ей чем-то вроде загородной поездки, из которой скоро возвращаются. Но, по мере того как проходили дни, Мейбелл начинала подозревать, что трудности, поджидающего ее возлюбленного в затеянном им путешествии гораздо более сложны, чем она думала вначале. И это нагоняло на нее тоску и глубокую печаль.

Еще Мейбелл тревожили неутешительные вести из поместья Уинтвортов. Как она и догадывалась, слуги плохо присматривали за тетушкой Гортензией, и она серьезно заболела в плохо отапливаемом помещении, ее мучил жестокий кашель. Лорд Уинтворт, когда узнал о болезни своей младшей сестры, заявил, что падшая в глазах общества и во мнении своей семьи особа не заслуживает того, чтобы о ней тщательно заботились. Мейбелл стоило огромного труда уговорить отца послать столичного врача лечить заболевшую тетю Гортензию и в поместье Уинтвортов поехал известный столичный врач Сэмюэль Джонс.

В воздухе столицы как никогда прежде со дня воцарения Карла Второго витала напряженность. Приближался момент официального объявления наследника престола, с чем были определенные трудности, поскольку Карл Второй и его супруга Екатерина Португальская детей не имели. Претендентов на английский трон было два — младший брат короля Яков, герцог Йоркский, и старший из внебрачных сыновей Карла Второго Джеймс Скотт, герцог Монмут, от его любовницы Люси Уолтер. Большинтсво англичан склонялись к кандидатуре Монмута. Им не нравился мрачный, нелюдимый, не скрывающий своей склонности к католицизму Яков, и они надеялись, что Карл Второй узаконит своего старшего внебрачного сына. Ходили упорные слухи, что до возвращения Карла Второго в Англию король был тайно женат на Люси Уолтер, но самим Карлом Вторым этот факт отрицался. И король объявил официальным наследником трона своего младшего брата. Он любил своего сына, но свой королевский долг он видел в укреплении власти монарха и возвращении в Англию католической веры, что мог совершить только герцог Йоркский, всецело разделяющий его политические взгляды.

Лондонская Биржа и великосветские салоны— эти главные рассадники новостей — гудели, как потревоженные ульи. Все понимали, когда герцог Йоркский станет королем, права Парламента будут ограничены, а последователи протестантской веры будут преследоваться как при Марии Кровавой. Отец Мейбелл, убежденный протестант, ходил словно в воду опущенный, и горько жаловался на несправедливость судьбы. Все это не могло не произвести угнетающего впечатления на Мейбелл, вдобавок ее тревожило, что герцог Йоркский, став официальным наследником трона, вдруг перестал скрывать свою склонность к ней. На прошлом балу он заставил Мейбелл танцевать с ним все танцы, и вдобавок сделал ее своей постоянной партнершей за карточным столом. Эти недвусмысленные знаки внимания будущего хозяина Уайтхолла к Мейбелл отпугнули от нее всех потенциальных женихов, которые до этого роились возле нее словно пчелы. Лорд Уинтворт и тетушка Эвелин не знали, как им воспринимать внимание герцога Йоркского к Мейбелл. С одной стороны, им льстило внимание августейшей особы, с другой — не судьбу королевской фаворитки они желали для Мейбелл. Всех удивляло новое увлечение герцога Йоркского, поскольку до этого он славился странным вкусом — делал своими избранницами женщин, лишенных внешней красоты. Его жена Анна Хайд, дочь графа Кларендона, его любовницы Арабелла Черчилль и Екатерина Седли были женщинами грубыми и некрасивыми. Сам Яков объяснял свой выбор тем. что полностью он не может унять свою грешную плоть, и усмиряет ее непривлекательностью предмета греха. Психологически странные предпочтения Якова объяснялись также тем, что сам он был очень некрасив, и понимал, что красавицам он не может нравиться. Между тем, Яков желал взаимности в любовных отношениях, и рассчитывал, что некрасивые женщины будут к нему более благосклонны. Исключение он сделал лишь для Мейбелл. В ее присутствии он забывал о своей некрасивости и оживал душой, любуясь ее нежным обаятельным обликом. А сама Мейбелл мечтала оказаться как можно дальше от герцога Йоркского. Ее пугал этот мрачный стареющий принц с недобрым взглядом, хотя она всячески старалась скрыть свое нерасположение к нему внешней почтительностью.