Книга Возлюбленная распутника, страница 103 – Виктория Воронина

Мейбелл как никогда раньше обрадовалась его приходу, и герцог, воодушевленный еесияющим, обращенным на него взором, уселся за ее карточный столик. Он сдал ей колоду карт, и они начали играть в пикет.

Для окружающих Мейбелл и Джон Черчилль громко обсуждали весь ход своей карточной игры, а между этим делом вполголоса вели другой разговор, который волновал их гораздо больше.

— Любовь моя, ты не передумала встретиться со мною во время маскарада? — приглушенным шепотом спросил герцог Мальборо, и бросил на стол свою очередную карту, почти не глядя на нее.

— Нет, дорогой Джон, но я пришла к выводу, что нам нужно предпринять дополнительные предосторожности, — ласково ответила ему Мейбелл, отбиваясь от его карт своими козырями. — Этот несносный шут следит за каждым моим шагом, и он может помешать нашей встрече.

Девушка кончиком своего черепашьего веера слегка качнула в сторону Джефа, разлегшегося на диване в другом конце зала. Шут то и дело корчил ей злобные гримасы, скаля при этом свои длинные желтые зубы как злая собачонка. Но при этом он избегал лишний раз приближаться к Мейбелл, опасаясь повторно нарваться на гнев короля Якова.

Герцог Мальборо проследил за ее взглядом и сказал, нахмурившись:

— Опять этот мерзкий карлик! Ты права, дорогая, он может стать нам серьезной помехой. Я велю своим лакеям поколотить Джефа дубинками в одной из подворотен дворца. Это отучит его вмешиваться в наши дела.

— Нет, Джон, не надо этого делать! Бедняга и без того жестоко обижен судьбою, не стоит озлоблять его еще больше. Я уже жалею, что пожаловалась на него королю, это окончательно испортило его нрав, — живо возразила своему собеседнику сострадательная Мейбелл. После этого она очаровательно улыбнулась ему и проговорила: — Я часто думаю о том, что люди очень жестоки друг к другу, потому что не хотят утруждать себя размышлениями как мирным путем уладить свои разногласия. Но я придумала, как нам обезопасить себя от лишних глаз, в том числе от глаз Джефа без лишнего членовредительства.

— И что же вы придумали? — с любопытством спросил Джон Черчилль. Его в самом деле интересовало, что задумала Мейбелл, поскольку во время короткого знакомства с нею он смог убедиться в том, что девушка необычайно умна и изобретательна.

— На маскараде мне нужно притвориться герцогом Мальборо! — звонко рассмеялась Мейбелл.

— Мною⁈ Интересная мысль, а я кудаденусь? — в свою очередь рассмеялся герцог Мальборо.

— Как мы с вами договаривались, вы будете ждать меня в нашей беседке, пока я не приду, — подмигнула ему девушка. — Я решилась на это переодевание, поскольку убедилась, что эти маскарадные костюмы не составляют никакой тайны для большинства присутствующих. Вы, например, будете в костюме лейтенанта французских мушкетеров, верно?

— Верно, но откуда вы узнали об этом? — удивился Джон Черчилль, и тут же, догадавшись, воскликнул с досадой на своего слугу: — Это Бен, каналья, продал-таки мой секрет!

— Не нужно показывать, что вы узнали об этом разоблачении, дорогой Джон, если его можно обернуть на нашу пользу, — поспешно сказала ему девушка. — Вот что я подумала, — если уже известно, в каком образе вы будете на маскараде, то вам нужно тайно заказать у своего портного точно такой же костюм лейтенанта французских мушкетеров для меня. Тогда я смогу совершенно свободно разгуливать на маскараде, прикрываясь вашим именем. Правда, странно, что вы, такой большой патриот, выбрали военный мундир наших извечных врагов — французов!