Книга Кто хочет замуж за герцога?, страница 22 – Сабрина Джеффрис

Оливия немного завидовала своей визави. Отца почти никогда дома не было, и от скуки баронесса все время пыталась то так, то эдак воспитывать падчерицу. С дядей они разговаривали исключительно о химии. Никого примерно одного с ней возраста, с кем можно было бы поговорить по душам, у Оливии не было.

— Пожалуй, мне придется самой отправиться на поиски Грея и Торна, — сказала Беатрис. — Мы утомили вас разговорами, а вам, наверное, хочется танцевать.

С Торнстоком? Едва ли. Хорошо, что на ней перчатки, потому что при мысли о том, что герцог будет держать ее в объятиях, ладони у Оливии делались липкими от пота. Дело осложнялось еще и тем, что он без видимой причины на нее злился.

— Если честно, я бы предпочла не танцевать. Мне нравится наблюдать за процессом куда больше, чем в нем участвовать.

— Я вас понимаю, — с улыбкой сказала герцогиня. — Я совсем недавно выучила некоторые шаги и благодарна Грею за его терпимость к моим ошибкам. Он танцует гораздо увереннее меня.

— Раньше я вообще не умела танцевать, но маман наняла учителя танцев, и он после долгих мучений все же смог меня кое-чему научить.

— К счастью, Торн — хороший танцор. Положитесь на него, и он поведет вас в танце так, что вам не придется задумываться о шагах.

— Боюсь, ему придется меня нести, а не вести, чтобы все прошло гладко, — невесело усмехнувшись, сказала Оливия.

— Не переживайте вы так! Вы здесь среди друзей, и никто не станет считать, сколько раз вы споткнулись. Танцуйте для себя, чтобы получить удовольствие.

Оливия хотела верить в то, что здесь ее окружают только друзья, но не слишком на это рассчитывала. Она привыкла к одиночеству, и порой ей казалось, что только в одиночестве ей бывает по-настоящему хорошо и комфортно.

— Кстати, о друзьях, — сказала Беатрис, и в глазах ее появился озорной огонек. — Насколько я поняла, вы с Торном уже виделись раньше. Могу ли я спросить, как вы познакомились?

— Мы встретились случайно на балу у герцога и герцогини Девоншир во время моего первого сезона, — вывернулась Оливия.

— Звучит вполне невинно, — заметила Беатрис, — совсем не так, как звучала ваша с ним беседа.

— Вообще-то, — задумчиво протянула Оливия, пытаясь на ходу придумать правдоподобную версию, потому что о том, чтобы рассказатьвсе, как было на самом деле, не могло быть и речи. — Между нами возникло некоторое недопонимание, и в результате герцог проникся неприязнью ко мне и к моей мачехе. И он ее все еще к нам питает.

— Неприязнь, говорите? Ну, ничего. Вы только один раз с ним станцуете, а потом можете забыть о нем навсегда.

Забыть и больше никогда его не видеть. Она и не хотела его видеть! Но чего же она хотела?

Она хотела невозможного. Чтобы его тянуло к ней так же сильно, как и ее к нему. Ей было нужно, чтобы он сам пожелал на ней жениться. Чтобы поддерживал ее в стремлении стать хорошим химиком и благосклонно относился к ее занятиям. Увы, если такое и может произойти, то лишь в мечтах.

Оливия вздохнула. Хотя, как она догадывалась, его принудили сделать ей предложение, ее отказ больно задел его самолюбие и пробудил в нем гнев и обиду. Но в этом нет ни логики, ни смысла! Никогда ей не понять мужчин и их мотивов.

И потому она предпочитала иметь дело с более предсказуемыми объектами — с химическими реактивами. Это проще: достаточно знать правила обращения с ними. И ни с того ни с сего реактивы свои свойства не меняют.