Книга Кто хочет замуж за герцога?, страница 127 – Сабрина Джеффрис

— Смею заверить, что эти опыты непременно приведут к самовозгоранию. Но иной природы.

— Я люблю вас, — жарко дыша, пробормотала Оливия, когда до самовозгорания оставалось совсем чуть-чуть. — Я люблю вас даже больше, чем химию.

— А я люблю вас даже больше, чем театр, — вторил ей Торн. — Моя. Моя навсегда. Моя любовь.

Нескоро они пришли в себя. Им было тепло и хорошо.

— Насколько я понимаю, ваших родителей дома нет? — вдруг спросил Торн, вернув Оливию к действительности.

— Ой! Мама в любую минуту может вернуться. Дворецкий расскажет ей о вашем визите, и она отправится на поиски.

Соскользнув со своего жениха, Оливия стала приводить себя в порядок.

— Что она может нам сделать? — едва сдерживая смех, спросил Торн. — Заставить нас пожениться?

Оливия схватила со скамейки рукопись пьесы.

— Что, если она потребует немедленно ехать в Лондон и венчаться прямо сейчас?

— Я не против. Это значит, что мы сможем провести ночь в главной спальне Роузторна!

Оливия на мгновение задумалась, оценила перспективы и улыбнулась. Но потом ей представилась иная картина — как отец гонится за Торном с ружьем наперевес.

— Быстро поднимайтесь! И застегните, наконец, брюки!

Торн со смехом подчинился и, ласково обняв ее, сказал:

— Я сообщил дворецкому, что я ваш жених, и заплатил ему за то, чтобы он нас предупредил, если кто-то из ваших родителей вернется.

— Не слишком ли самонадеянно с вашей стороны? — пряча улыбку, спросила Оливия.

— Я был готов сделать все, чтобы вас вернуть.

— И вы готовы позволить мне продолжить заниматься химией?

— Да будет так.

— Даже если в результате я не всегда смогу быть к вашим услугам?

— Даже если в результате я должен буду прислуживать вам.

— Не валяйте дурака. Для этогоу вас есть слуги.

— Слуги слугами, но кое-что я предпочитаю делать сам, — с озорным блеском в глазах сказал Торн. — А если серьезно, — продолжил он, — я буду настаивать на том, чтобы вы не проводили опасные эксперименты во время беременности.

— Договорились, — с улыбкой ответила она. — Видите, как легко мы договариваемся?

— И, чтобы поддерживать в вас благодушие, мне лишь надо почаще объяснять вам кое-что на практике, верно?

Оливия засмеялась в ответ.

— О да. Когда речь заходит о такого рода опытах, я готова учиться и учиться.

— Договорились. Впредь я буду стараться как можно больше сил посвящать вашему образованию.

Торн поцеловал ее, и Оливия подумала, что у жены герцога-драматурга определенно есть целый ряд преимуществ перед женой просто герцога.

Торну пришлось приложить немало усилий, чтобы собрать в одном месте всех своих ближайших родственников. Теперь оставалось только принять приличествующий теме собрания серьезный вид, что было непросто, когда на душе радостно и легко, а рот сам растягивается в простодушной улыбке.

Вчера, наконец, состоялось их с Оливией венчание, и ждать его пришлось не несколько дней, как он того хотел, а три недели.

Торн смотрел на Оливию, которая вся словно светилась радостью, и поневоле вспоминал их вчерашнюю бурную ночь. И еще он вспоминал, как, проснувшись, увидел рядом ее, свою жену, и подумал, что жизнь удалась.

— Зачем ты нас собрал, Торн? — спросил Шеридан.

— Повод не самый радостный. Смерти, одна за другой, мужей нашей матери.

— Я знала, что вы готовите что-то в этом роде! — воскликнула Лидия. Все повернули к ней головы. — Вы что-то слышали о материнском чутье? — несколько запальчиво спросила она.