Книга Тайна герцога, страница 98 – Сабрина Джеффрис

«Боже милостивый!» Каждый раз, когда он оборачивался, она говорила или делала что-то завораживающее. А еще постоянно удивляла его.

Теперь Шеридан понимал, что имело в виду общество, когда называло женщину бриллиантом чистой воды. У Ванессы было больше граней, чем у любого тонко ограненного драгоценного камня, и каждое мгновение, проведенное вместе, открывало новую грань. Он задумался, сколько времени понадобится, чтобы обнаружить их все. Даже сейчас ее поза, открывала ему новые изгибы, нежные места, еще не тронутые его прикосновениями. На их изучение ушла бы целая жизнь.

Герцог сел, раздосадованный на самого себя. Он становится самым сентиментальным парнем на свете. Ей не нужно было обводить его вокруг пальца. Он сделал это за нее.

Ванесса открыла глаза, лицо ее было сонным.

– Мне нужно попросить вас об одолжении.

– О каком одолжении? – подозрительно спросил он. Учитывая то, как он относился к ней, если бы она попросила у него луну, он, вероятно, попытался бы украсть ее с неба.

Озабоченно нахмурив брови, она положила ему руку на грудь.

– Как вы думаете, вы могли бы… ну… пообещать мне никогда не делать с другой женщиной то, что мы недавно делали вместе? – Она бросила на него быстрый проницательный взгляд. – Что, пока я жива, у вас не будет любовниц?

Эта просьба застала его врасплох. Зачем ему любовница? Ванессы ему более чем достаточно.

– Никаких любовниц. Я обещаю. – Когда ее лицо просветлело от облегчения, он добавил: – А вы пообещаете то же самое?

Она заморгала.

– Конечно. Обещаю никогда не заводить любовницу. – Тут Ванесса весело рассмеялась, немного разрядив возникшую между ними напряженность.

– Очень забавно, шалунья. – Он приподнял ее подбородок одним пальцем. – Позже я за это с вами разберусь.

– О, я очень на это надеюсь. Только позаботьтесь, чтобы это было что-то удивительно порочное. Я только сейчас поняла – мне нравится быть порочной. По крайней мере, с вами.

Когда его кровь снова забурлила, он заставил себя бросить на нее строгий взгляд.

– Вы уходите от темы. – Не говоря уже о том, что снова возбуждала его, либо невольно, либо, что более вероятно, чертовски сознательно. – Вы обещаете мне, что никогда не заведете любовника? Особенно Джанкера.

Ее взгляд затуманился.

– Никаких любовников. И уж точно не мистера Джанкера. Обещаю.

Жена что-то скрывала от него, но он не мог понять, что именно. До этого момента она была целомудренной, и это все, что он мог знать.

Ни одна женщина не смогла бы так убедительно притвориться невинной. Она искренне восхищалась каждым новым аспектом супружеских отношений. И все же это не обязательно означало, что у нее нет намерения искать встречи с Джанкером теперь, когда она знала, как вести себя в постели. Сама мысль о том, что она влюблена в этого надутого театрального повесу и, возможно, стремится быть с ним, разрывала его изнутри. И если Джанкер когда-нибудь попытается воспользоваться ее чувствами… Шеридан наверняка вызовет этого ублюдка на дуэль.

К счастью, Шеридан подозревал, что, какое бы оружие он ни выбрал – будь то пистолеты или шпаги, – он будет владеть им лучше Джанкера. В конце концов, Джанкер всю свою жизнь писал стихи и притворялся драматургом. А Шеридана же отец учил быть готовым ко всему – к празднику или к голоду, к миру или к революции. И как только Шеридан понял, что расследование, проводимое семьей, может подвергнуть их всех опасности, он добавил к своим занятиям уроки стрельбы.