Онлайн книга «Последние невесты Романовых»
|
– Будем надеяться, что Ники повезет больше со следующей девушкой, которой он сделает предложение, – завершал обычно царь свою историю. Сандра никогда не могла себе представить, что выйдет замуж за Николая Александровича. Они выросли вместе и являлись заядлыми товарищами по разным играм. Он был ей как брат. Их матери считались близкими подругами, а отец Сандры, граф Илларион Иванович Воронцова-Дашков, занимал пост министра Императорского двора и уделов. В прежние времена по воскресеньям Сандра вместе со своими младшими сестрами Софьей (которую в семье звали Софкой) и Марией (ее звали Майей) и старшим братом Иваном отправлялась в специальном вагоне (который прицепляли к поезду, который убывал в половину десятого), чтобы поиграть в Гатчине с Николаем Александровичем, его сестрой Ксенией и братом Георгием. Огромный парк с его лесистыми массивами и озерами был их царством. Осенью они разводили там костры, чтобы пожарить яблоки и орехи, зимой возводили снежные домики и катались на санках по крутым узким дорожкам, спроектированным самим царем. После весенней оттепели они катались на веслах по самому большому в парке озеру. В прозрачной воде были прекрасно видны камни, лежавшие на дне в десяти метрах под ними. Они создали тайный клуб, который назвали «Картофельным обществом» после того, как Софка несколько часов пряталась, лежа ничком на только что засеянном картофельном поле во время игры в «зайца и гончих». Императрица велела Фаберже изготовить маленькую золотую картофелину на золотой цепочке, которую каждый из них мог носить на шее. А когда Николай Александрович достиг совершеннолетия, он подарил каждому из них золотые значки со своими инициалами спереди и надписью: «Гатчина 1880–1886» – на обороте. Другим наследием тех счастливых дней детства был заведенный ими двоими обычай: Николай Александрович делился с Сандрой своими сокровенными мыслями, а Сандра с ним – некоторыми своими. * * * По традиции через два дня после Крещения на Николаевский бал[81]в Зимнем дворце были приглашены три тысячи гостей. Вместе с родителями и сестрами Сандра поднялась по парадной мраморной Иорданской лестнице, прошла по коридору, напоминающему грот, с колоннами из пурпурно-красного камня, и стала ждать в Концертном зале, где ровно в девять часов вечера главный церемониймейстер должен был трижды ударить в пол эбонитовым жезлом с наконечником из слоновой кости и объявить: «Их Императорские Величества!» Царь Александр III, появившийся в парадном малиновом мундире, увешанном орденами и медалями, с тяжелой шпагой, ударявшей его по ноге при каждом шаге, выглядел угрюмо – он терпеть не мог парадной формы, предпочитая повседневный мундир и мешковатые брюки. Зато царица Мария Федоровна, которую он сопровождал, буквально сияла. На ней было открытое спереди платье из белой с серебром парчи, шелковая юбка, инкрустированная бриллиантами, тиара, усыпанная крупными сапфирами, и голубая лента ордена Святого Андрея Первозванного, пересекавшая лиф. Она обожала подобные торжества. За ними следовал Николай Александрович. Он подмигнул Сандре, и через несколько минут, когда начался полонез, они ускользнули из толпы, чтобы поболтать наедине. Граф Павел Павлович Шувалов, за которого Сандра все еще надеялась выйти замуж, два месяца назад уехал на службу в Польшу на целый год и пока не мог сделать ей официального предложения. Сандра поклялась ждать его, хотя мать называла ее за это дурочкой. |