Книга Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях, страница 55 – Анна Стюарт

Ана без сил прислонилась к нарам, судорожно глотая ртом воздух.

– Я говорила тебе, – проворчала Клара. – Пора переучиваться.

Вытащив крохотный трупик из воды, она потащила его к дверям и выбросила в грязь. Ана услышала глухой удар. Она вцепилась в руку Эстер, в голове ее зашумело… Она думала, что Аушвиц будет адом, но не представляла, насколько это страшно и абсолютно бесчеловечно.

Элизабет плакала. Ана в оцепенении смотрела, как с нар протянулись руки, и женщину втащили на ее место. Она лежала рядом с другими, и скорбь ее была невыносима в этом жутком месте. Ана сумела подарить ей тяжкий момент надежды, но надежда угасла вместе с хрупкой жизнью младенца.

– Нет!

Она не смогла сдержать крика, рвавшегося из самой глубины души. Она не смогла бы остановить его, как не смогла бы остановить рождение несчастного обреченного младенца.

– Нет? – зловеще спросила Клара, становясь перед ней и скрестив мясистые руки.

– Нет! – повторила Ана. – Вы не можете так поступать, сестра. Вы не можете так предать нашу профессию. Нам дана власть приводить в мир новых людей, а не прерывать их жизнь.

– Когда же ты поймешь, дурочка?! Это Аушвиц-Биркенау! Это совершенно другой мир! Играй по здешним правилам или умрешь.

– Нет!

– Понятно.

Клара щелкнула пальцами, и к ней подлетела Пфани.

– В нашем блоке бунтарка, Пфани. Бунтари нарушают покой общества, и мы не можем этого терпеть, верно?

– Не можем, Клара, – кивнула Пфани, потирая руки. – Мы должны научить ее правилам поведения.

– Нет!

На защиту Аны бросилась Эстер, но Клара просто схватила ее за запястье и сжала так, что девушка рухнула на пол от боли. Клара пнула ее в бок и оставила лежать.

Пальцы Аны потянулись за четками, но охранники забрали их вместе со всеми вещами. Ана оказалась в полной власти злобной капо блока.

– Пресвятая Мария, Матерь Божия, – забормотала она.

Клара хмыкнула.

– Бог тебе здесь не поможет… А теперь…

Она занесла кулак, но в этот момент дверь распахнулась и по земляному полу простучали тяжелые сапоги.

– Что здесь происходит? – раздался низкий голос, и Клара обернулась и вежливо поклонилась.

– Дерзость, доктор Роде.

Это был тот самый человек, который отправил их с Эстер налево. Сейчас Ане почти хотелось, чтобы он не вмешивался – она могла бы уже быть на полпути к небесам в облаке черного дыма, и ужасы блока 17 ее миновали бы. Может быть, так и будет, но она все же сможет воззвать к справедливости. И она сделала шаг вперед.

– Герр доктор, – сказала она на прекрасном немецком, – я только что помогла женщине при родах, а эта… эта… женщина… – Ана буквально выплюнула это слово, – утопила ребенка на наших глазах. Это нарушение нашей священной клятвы, клятвы Гиппократа, которую мы давали, так же как и вы.

Доктор Роде смотрел на нее с недоумением.

– Клятва Гиппократа? – переспросил он, словно ему напомнили о чем-то из далекого прошлого.

– Почему вы убиваете младенцев?

Женщины на нарах затаили дыхание, услышав такие слова, но доктор, похоже, задумался.

– Это рабочий лагерь, – ответил он. – Следовательно, здесь все должны работать. Мать с ребенком работать не может.

– Она может. Вы наверняка видели на полях женщин с привязанными к спине младенцами.

Похоже, такая мысль не приходила доктору в голову.

– Верно, – неохотно согласился он. – Я сам видел такое в юности.