Книга Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях, страница 54 – Анна Стюарт

– Не могли бы вы встать? – спросила Ана. – Этот стул нам понадобится.

– Зачем? – лениво процедила женщина.

– Для этой несчастной роженицы.

– Для этой несчастной еврейскойроженицы, – поправила ее проститутка, и красивое лицо ее исказила ненависть.

– Не вижу разницы.

– Правда? – Проститутка раскачивалась на стуле, рыжие волосы ее красиво колыхались. – Слышишь это, Клара? «Не вижу разницы»! Кто эти две дурочки?

Ана стояла на своем.

– Нам нужен стул.

Клара демонстративно вздохнула.

– Дай этой дуре стул, Пфани. Посмотрим, что она будет с ним делать.

Пфани преувеличенно медленно поднялась и шваркнула стул прямо перед Аной.

– Спасибо, – поблагодарила Ана, повернулась к ней спиной, усадила несчастную роженицу и показала, как наклоняться вперед, чтобы снять нагрузку со спины. Схватки были частыми. Стало понятно, что роды не затянутся надолго. Ана присела на корточки.

– Дышите, – приказала она, – вот так.

Она показала женщине, как справляться с болью, и увидела, как в ее глазах блеснула надежда – наконец-то хоть кто-то оказал ей помощь.

– Хорошо, очень хорошо… Как вас зовут?

– Элизабет, – простонала роженица.

– Прекрасно. А теперь, Элизабет, когда боль ослабеет, я посмотрю, что с вами происходит.

– Спасибо, – выдохнула роженица. – Ооооох!

Эстер вышла из-за плеча Аны, и та с благодарностью уступила ей свое место. Она помогла женщине сдвинуться вперед и подняла ее юбку.

– Ребенок уже выходит, – увидев головку, радостно сообщила она.

Она позабыла о грязном, темном бараке, о зуде от неуклюжей юбки, о боли в ногах, сбитых деревянными ботинками. Ана принимала роды.

– Элизабет, когда я скажу, тужьтесь. Три, два, один – тужьтесь!

Элизабет вцепилась в руку Эстер и с мучительным криком стала тужиться. Женщины из барака сидели на нарах и тихо подбадривали роженицу.

– Замечательно! – похвалила роженицу Ана. – Головка вышла. Все почти готово, дорогая. Отдохните, и мы продолжим. Три, два, один – тужьтесь!

Элизабет приподнялась, опираясь на Эстер, и натужилась изо всех сил.

– Ребенок идет, – сказала Ана. – Еще одно усилие, Элизабет, и вы будете держать ребенка на руках.

За спиной она услышала смешки Пфани и Клары, но Клара все же велела проститутке «тащить ведро». Наверное, они все же хотели чем-то помочь. Ана сосредоточилась на роженице.

– Последнее усилие.

Элизабет издала последний вопль, и ее ребенок родился – маленький, но чудесный.

– Это девочка, – крикнула Ана, оглядываясь в поисках полотенца. Ничего не найдя, она обтерла ребенка собственной юбкой. – У вас чудесная девочка.

Элизабет откинулась на спинку стула и слабо улыбнулась.

– Спасибо, – пробормотала она. – Спасибо большое.

Она протянула руки. Ана обернулась в поисках ножниц, чтобы перерезать пуповину. Пфани подала ей нож. Нож был тупой и слегка ржавый, но в отсутствие других инструментов Ана протерла его своей юбкой, чтобы хоть как-то очистить, стиснула зубы и перерезала пуповину.

– Прекрасно, сестра, – сказала Клара. – Очень… полезно… А теперь я вас кое-чему поучу.

Она протянула руку, выхватила у Аны ребенка и бесцеремонно кинула его в ведро.

– Осторожно, – ахнула Ана. – Вы же убьете ее, Клара! Остановитесь!

Она вскочила, схватила Клару за крепкую руку, Эстер – за другую, но женщина была сильна. Она спокойно удерживала крохотное тельце под водой. Ана почувствовала, что сама задыхается. Она слышала крик матери, видела испуганные глаза женщин на нарах, а в центре всего была Клара, которая запихивала прелестную маленькую девочку все глубже и глубже в грязное железное ведро. И вот пузыри перестали идти. Наступила тишина. Вечная тишина.