Книга Письма из Пёрл-Харбора. Основано на реальных событиях, страница 57 – Анна Стюарт

– Звучит как Человек с большой буквы.

– Именно, – тихо сказала Робин.

Внезапно на глаза Робин навернулись слезы. Она снова вспомнила бабушкино последнее письмо – и как та намекнула, что она-то, Робин, трусиха.

– Ты скучаешь по ней, – мягко сказал Коннор.

– Очень. Пусть этот квест, как ты сказал, и «клевый», но на душе все равно кошки скребут. Такое чувство, что у бабушки был важный секрет… что-то, о чем она не решилась рассказать напрямую. И меня разрывает от мысли, что она подумала, будто мы не сможем это принять.

Коннор обдумывал ее слова.

– Может, ей казалось, что она должна быть сильной ради вас?

– А по-моему, это неправильно. Каждый человек заслуживает, чтобы рядом была опора. Ты так не считаешь?

– Считаю, – тихо ответил он и осторожно притянул ее ближе.

Она подняла глаза – он смотрел на нее серьезно, почти не дыша. Он собирался ее поцеловать. Хотела ли она этого? Была ли готова? Он был красивый. Добрый. Настоящий.

И тут ее взгляд упал на большие кованые ворота через дорогу. Сквозь щели виднелась ухоженная лужайка, подъездная дорожка, плавно изгибающаяся между кустами гибискуса. По обе стороны – по пальме. Высокие, тонкие, как в кино.

– Пальмы! – воскликнула она вдруг.

– Что? – моргнул Коннор, отступая на шаг.

– Подсказка, – сказала Робин, обхватила его за талию и потащила к воротам. – Похоже, это тот самый дом.

– Как думаешь, кто тут живет?

– Без понятия… А у бабушки были друзья на Оаху?

– Конечно. В основном это были морские и армейские офицеры, ну и их жены. О, и… конечно же, Лилиноэ!

– Лилиноэ?

Робин с воодушевлением кивнула. Миссис Динс недавно прислала им снимок, на котором были запечатлены Джинни и ее напарница по полетам. Фотография была сделана под странным углом, солнечный блик расплывался по стеклу кабины, а в фокусе оказался фюзеляж, но, несмотря на это, снимок заполнил пробелы в воспоминаниях. Они с Эшли разглядывали его с жадным интересом.

На нем был изображен самолет Brewster Buccaneer– если Робин правильно помнила свои студенческие курсы. В двухместной кабине две женщины весело махали друг другу. Сзади стояла Джинни, а впереди – другая, с отчетливо гавайскими чертами лица. Это и была та самая Лилиноэ, о которой бабушка упоминала в письмах.

– Лилиноэ Камака была инженером, работала здесь, на острове, – сказала Робин. – Бабушка жила с ней и ее отцом, учила Лилиноэ летать в обмен на жилье. Она упоминается почти в каждом письме, но, что странно, бабушка нам про нее не рассказывала.

Робин протянула руку к одному из железных прутьев ворот – словно маленький ребенок, пытающийся заглянуть в витрину магазина с игрушками. Жила ли здесь сейчас Лилиноэ Камака? Или ее семья? Разве бабушка не писала, что они тогда жили довольно скромно? Может, после учебы Лилиноэ действительно нашла себе хорошую работу. Ей очень хотелось это узнать, но дом выглядел богатым и недосягаемым, и Робин никак не могла представить, что станет звонить в домофон поздним вечером, расспрашивая о «сундуке с сокровищами». Да они бы вызвали полицию.

Она отвернулась.

– Завтра вернемся сюда с Эшли, – сказал Коннор, взглянув на часы.

– Пожалуй, так даже лучше, – вздохнула Робин. – Итак, на чем мы остановились?

Он бережно взял ее за подбородок, и Робин почувствовала давно забытое ощущение бабочек в животе. Она закрыла глаза, сделала шаг ближе в предвкушении… но в этот момент вдруг раздался пронзительный вопль попугая. Как будто кто-то окатил ее холодной водой. Она отшатнулась, сердце колотилось в горле. Она ясно поняла: в этот момент перед ней стоял не Коннор. Она видела совсем другого молодого человека, с которым когда-то была на другом свидании, почти год назад.