Книга Наденька, страница 50 – Мария Реутская

У мальчика были большие светло-серые глаза и русые вьющиеся волосы. Это был крепкий краснощекий, пышущий здоровьем мальчуган, унаследовавший от матери не только яркую внешность, но и задорный характер.

Князь Лопухов стоял поодаль, боясь нарушить гармонию, воцарившуюся между матерью и ребенком, но вдруг сильно закашлялся. Мать и сын вздрогнули, словно заметив постороннего.

– Иди, поцелуй отца, – шепнула княгиня Сашеньке, тихонько подталкивая его. Мальчик замер в нерешительности.

Антон Ильич редко проявлял ласку по отношению к сыну, хотя очень любил его. Почти все время Сашенька проводил с матерью и знал лишь материнскую любовь. Отца же он уважал, гордился им, но в то же время и боялся. В присутствии князя Сашеньку всегда охватывала робость. Он стеснялся сказать лишнее слово или сделать лишнее движение, которое могло бы побеспокоить отца.

Надежда Федоровна замечала все это и всячески старалась ослабить напряжение в отношениях между отцом и сыном. Она просила мужа больше времени проводить дома, чтобы Сашенька чаще виделся с отцом. Она хотела, чтобы князь был более чуток к сыну. Но, казалось, Антон Ильич совсем не слышал жену.

Мальчик несмело подошел к отцу, напряженно вытянувшись во весь рост. Антон Ильич погладил сына по голове и положил руку на маленькое трепещущее плечико.

Через полчаса семья снова собралась в столовой за большим обеденным столом. Ужин проходил в полном молчании. Подали форель, но у Надежды Федоровны совсем не было аппетита. Она пригубила немного белого вина и загляделась на сына.

– Вы загрустили, моя дорогая, – Антон Ильич нарушил воцарившееся молчание.

– Как же мне не грустить, когда мы так редко видим вас, – в голосе княгини послышались нотки раздражения.

– Вы же знаете, что я не могу поступить иначе, – мягко отвечал князь Лопухов, стараясь не вызывать гнева жены. – На заводах сложилась крайне сложная ситуация, требующая моего присутствия.

– Все это, должно быть, чрезвычайно важно, – резко перебила его княгиня. – Но все это не отменяет ваших обязательств перед семьей.

– Вы не должны так говорить, Наденька, – отвечал Лопухов примирительным тоном, переводя взгляд с жены на Сашеньку: сын не должен становиться свидетелем их ссор.

Княгиня покраснела.

– Намедни я получил приглашение от Бетленов, – после небольшой паузы продолжал Антон Ильич. – Они устраивают прием в честь дня рождения Александра Сергеевича. Я считаю, что нам нужно обязательно пойти.

Княгиня молчала, словно застыв в оцепенении.

– Как вы полагаете, дорогая?

– Да, наверное, вы правы, – глухо отозвалась она.

– А я могу тоже поехать? – Сашенька заерзал на стуле, умоляюще глядя на мать.

Княгиня ласково посмотрела на сына, забыв на миг о терзающих ее сомнениях.

– Солнышко мое, ты еще слишком мал, – она нежно погладила его по шелковистым кудряшкам.

Мальчик опустил головку, обиженно всхлипнув.

– Я уже взрослый! – упрямо начал он, стиснув зубы и стукнув кулачком по столу.

Мальчик нечаянно задел тарелку с супом, которая шумно опрокинулась на стол. Суп испачкал его вельветовые брючки. Надежда Федоровна бросилась спасать своего ребенка. Князь Лопухов молча наблюдал за женой, хлопочущей вокруг сына, подобно наседке.

– Да оставьте вы его, наконец, в покое! – не выдержал он. – Я полагаю, Александр Антонович сам в состоянии вытереть себе штаны.