Книга Наденька, страница 34 – Мария Реутская

Наденька перевела взгляд на гостей. Улыбка застыла на ее лице. Она задрожала.

Николай Федорович оглянулся.

– Andre! Comment ça va?^[16]

– А-а, Nikolya! – радостно воскликнул Воронихин. – Heleneуехала на две недели к матери, и теперь я свободен как ветер, – он широко улыбнулся.

– Давай я представлю тебя сестре. По-моему, вы как будто бы даже знакомы, – продолжал граф. – Я прав?

Взгляды Наденьки и Воронихина встретились. Оба неестественно улыбнулись. Воронихин растерянно смотрел на графиню, не веря своим глазам.

– Наденька! – прошептал он.

Звук его голоса утонул в шуме бала, но графиня расслышала и прочитала свое имя по его губам. Дальше все было как во сне. Все продолжали улыбаться, смеяться, веселиться, но Наденька больше никого не видела и не слышала. Ей было все равно. Она улыбалась лишь ему, танцевала для него, жила ради него. Старые чувства, воспоминания с прежней силой наполнили ее существование. Наваждение должно было когда-нибудь кончиться. Но она не могла противостоять чувствам…

На следующий день Наденька проснулась только в первом часу дня. Она села на краю кровати, обхватив голову руками. Воспоминания прошлого вечера оглушили ее. Мысли начали течь с лихорадочной быстротой.

Ей всегда казалось, что самым страшным было переступить черту, сделать решающий шаг. Тогда все остальное будет просто. И она его сделала. Ей казалось, что вчерашний вечер станет таким моментом в ее жизни. Зачем он снова появился в ее жизни?

Снова и снова она вспоминала, как кружилась по зале, и в этот миг не было никого счастливее ее. Все слилось в едином порыве… И он… Он! Андрей здесь, рядом с ней. Он с ней. О, как сильно она любит его! Все еще любит. Это любовь, настоящая, единственная и неповторимая! Как он смотрел на нее! Как он был нежен и ласков! Как сильно и страстно сжимал он ее руку в своих сильных ладонях! Она отдала бы жизнь без остатка, чтобы хоть на миг снова оказаться в его объятиях.

Нет, нет! Это мираж! Прошлого не вернуть. Как же призрачно счастье! Но почему она должна приносить себя в жертву чьим-то интересам? Неужели она хочет слишком много – просто быть счастливой?

Вскоре Lilyпередала ей, что Николай Федорович желает поговорить с сестрой. Одевшись и собравшись с мыслями, графиня отправилась к брату.

Николай Федорович мерил шагами комнату, нервно куря сигару. При появлении Наденьки он устремил на нее свои холодные непроницаемые глаза. Наденька испытала странное чувство смущения.

– Как вы отдохнули вчера? – спросил он сестру, сбрасывая пепел. Наденька ясно почувствовала двусмысленность этой фразы. В душе зашевелилось раздражение, и она нахмурилась.

– Хорошо, – резко проговорил Николай Федорович после недолгого молчания. – Вы, я вижу, тоже не любите предисловий…

Графиня чуть заметно кивнула. Она расположилась в глубоком кресле напротив камина. Ей хотелось побыстрее закончить этот неприятный во всех отношениях разговор и больше не касаться темы замужества хотя бы в ближайшее время.

Шувалов долго молчал.

– Ну что?.. – наконец вымолвил он, хмурясь. – Как обстоят наши дела?

Наденька хорошо понимала неловкость его положения. Уголки ее губ дрогнули.

– Что я могу вам сказать? – медленно, с неохотой отвечала она, растягивая слова. – Это был первый выход в свет, и было бы глупо ожидать от него слишком многого.