Книга Наденька, страница 33 – Мария Реутская

Наденька усмехнулась.

– Она живет у Строгановых в качестве приживалки и вовсю пользуется расположением своего unclé^[15], отца Мари.

Неожиданно заиграла музыка. Казалось, что звуки лились из самой глубины залы.

– Вальс! – Николай Федорович хотел отойти.

– Вы меня оставляете? – испуганно прошептала Наденька.

– Вы же, кажется, приглашены, – улыбнулся сестре Шувалов.

– Да, но…

Наденька попыталась возразить, но звук ее голоса утонул в шуме голосов жаждущих пригласить ее кавалеров. Вскоре в споры поклонников вмешался сам виновник торжества – старый генерал Рождественский. Он подхватил Наденьку за талию, и они легко закружились в танце. Графиня вдруг почувствовала себя абсолютно счастливой и свободной. Как же сильно она ошибалась, когда пыталась отказаться от всего этого! Она и представить себе не могла, что этот вечер окажется сказкой! Все ее колебания и сомнения казались теперь такими смешными. Как же можно сравнить старый полуразрушенный дом отца с этой роскошью! О, как она была глупа тогда! Ей было хорошо, как никогда в жизни.

«И чем я жертвую? – думала она, кружась по зале с очередным кавалером. – Глухой далекой деревней?»

Музыка кончалась и начиналась вновь. Оркестр играл вальс, польку, кадриль, а графиня все танцевала, кружась по зале в вихре окутавшей ее радости. Наденька имела большой успех, все хотели ее пригласить, и она не возражала. Танцуя, она устала. Но это была счастливая усталость. Еще никогда в жизни она не танцевала столько, как в тот вечер.

После очередного танца Наденька оглядела залу. Теперь здесь было столько знакомых лиц. У нее сильно кружилась голова. Вскоре толпа поклонников окружила ее, но она только виновато улыбалась им, не в состоянии сделать выбор. Тогда она закрыла глаза и наугад вытянула руку. Счастливчиком оказался мужчина средних лет с довольно скучной наружностью и невыразительным лицом. Однако что-то выделяло его из толпы: светло-серые глаза смотрели на нее с какой-то странной отчужденностью. Его лицо отчего-то казалось ей знакомым. Он плохо танцевал и был довольно рассеян.

– Я не привык к танцам, – со сдержанной улыбкой сказал он, извиняясь за свою неуклюжесть.

– А я, напротив, обожаю танцевать, – звонко рассмеялась Наденька.

– Раньше я не встречал вас в Петербурге, – продолжал он. – Но ваш брат много говорил о вас.

– О, вы знаете Николая?

– Да, конечно, – подтвердил ее партнер. Музыка кончилась. Наденька немного устала и теперь тяжело переводила дух. Новый кавалер предложил ей шампанского.

– Простите мне мою рассеянность. Я забыл представиться: Антон Ильич Лопухов, – он с почтением склонил голову.

Лопухов… Она уже где-то слышала это имя… Ах, да! Тогда, в доме брата…

– Я наслышана о вас, – Наденька пленительно улыбнулась.

– Надеюсь, только хорошее, – в свою очередь улыбнулся Лопухов. Он говорил с таким серьезным видом, что Наденьке вдруг захотелось рассмеяться. Этот Лопухов показался ей забавным. Через несколько минут графиня снова закружилась по зале и уже не вспоминала о странном человеке с холодными глазами.

Наконец, она отыскала брата взглядом. Он мило беседовал с той самой брюнеткой. Шувалов заметил сестру и направился к ней навстречу.

– Вы оставили меня совсем одну, – с наигранной досадой в голосе вздохнула графиня.

– Но вам, кажется, было совсем не до меня, – усмехнулся Николай Федорович.