Книга Цепная реакция, страница 62 – Дмитрий Поляков-Катин

Шольц достал из внутреннего кармана фотографию и показал ее проводнице:

—Этот?

Прищурившись, женщина посмотрела на фото.

—Да, это он. Только тот немного постарше. И без усов…

Так же молча возвращались обратно. Шольц сидел на заднем сиденье, Римельт — рядом с водителем. Прежде чем выйти из машины, Шольц, едва сдерживая раздражение, спросил:

—А вам не пришло в голову, Римельт, вам не пришло в голову… вы могли зафиксировать его еще на границе. Хотя бы зафиксировать.

—Виноват, штурмбаннфюрер, — ответил Римельт.

Вновь воцарилось молчание.

Выйдя из машины, Шольц окинул стоящего перед ним с виноватым видом Римельта:

—Сколько вам лет? — спросил он.

—Сорок восемь.

—Хороший возраст для Восточного фронта.

—Простите, штурмбаннфюрер.

—И вы туда отправитесь, дорогой мой, если через неделю этот человек не будет сидеть передо мной здесь, на Принц- Альбрехт-штрассе.

Он сунул Римельту фотографию. Перед тем как войти в здание гестапо, обернулся:

—Хартман, — с брезгливой миной бросил Шольц. — Его зовут Франс Хартман, черт побери.

С фотографии, ослепительно улыбаясь, на Римельта смотрел мужчина стопроцентно приятной наружности.

В гау Померания Дальвиг отправился не случайно. Советскому командованию стало известно, что здесь, предположительно в районе прибрежного городка Вольгаст, складировано большое количество оксида урана. Это было похоже на правду, поскольку Вольгаст находился в сорока километрах от острова Рюген, где в октябре немцы провели подрыв урановой установки, и в двух шагах от ракетного центра Управления вооружений сухопутных сил под городом Пенемюнде.

Накануне Нового года Берия провел оперативное совещание, куда были приглашены нарком госбезопасности Меркулов, руководитель внешней разведки Ванин, начальник ГРУ Ильичев, начальник ГУК Смерш Абакумов, а также начальник 4-го Управления НКВД Судоплатов. Там он поставил следующую задачу:

—Вы, конечно, слышали про миссию «Алсос» наших заокеанских союзников, которые вслед своим наступающим войскам пустили группу ядерных физиков во главе с белогвардейским эмигрантом Борисом Пашковским — Пашем, как он себя назвал. Их задача — искать на территории рейха немецкие лаборатории, немецких ученых, немецкие научные документы, а главное — немецкие материалы для изготовления атомной бомбы, в первую очередь уран. Нам тоже надо предпринять усилия по установлению мест хранения немецкого урана на пути наших войск. Немцы захотят перетащить его поближе к западной границе, а наши верные друзья американцы — умыкнуть его у нас из-под носа. Надо этого не допустить.

Узнав о намерении командования проинспектировать ос- татки резервной армии на севере Германии в канун ее окончательного перевода в действующие войска, Дальвиг постарался войти в состав делегации ОКХ, и ему это удалось. По сути, инспектировать было уже практически нечего: в ведении резервистов остались лишь части, выполнявшие задачи охраны важных военных объектов, разбросанных в Померании; задействованные в них немногочисленные счастливчики с возрастающим страхом ожидали, когда лихорадочно формирующаяся группа армий «Висла» поглотит их жизнёшки, бросив их под каток Белорусских фронтов Жукова и Рокоссовского. Именно обстоятельству сомнения и страха Дальвиг придавал особое значение.