Книга Цепная реакция, страница 60 – Дмитрий Поляков-Катин

—Ну, Римельт, — сказал Элерт, бросив взгляд на Шольца, который навострил уши, и, значит, теперь от него, видимо, уже не избавиться, — как прошло?

—Мы просеяли пассажиров цюрихского экспресса, — доложил Римельт, стараясь не задыхаться. — Никто не вызвал подозрения. Документы у всех в порядке. Много дипломатов. Они всегда ездят. Есть военные, летчики. Коммивояжеры есть. Пятнадцать человек — от Шпеера. Частным порядком прибыли только женщины. Двенадцать женщин. Всякого возраста. Причины разные: кто — к мужу, кто — за детьми; мы проверим. Всего сорок пять человек. Списки я составил. Также отчет по форме F-317, как положено. Прошу вас.

Он положил на стол Элерту подготовленные бумаги. При упоминании Цюриха Шольц насторожился и перестал собираться уходить.

—А как же этот, приятной наружности? — спросил Элерт.

—Ну, что наружность… Наружность у всех есть. Мои ребята кого-то отметили крестиком. Но, как по мне, так приятных там не было. Гладкие были. Гладкие.

—О каком цюрихском экспрессе речь? — вмешался Шольц.

—А вы разве не слышали? Ах, да! — Элерт вспомнил, что Шольц уезжал в Дрезден и только сегодня вернулся. — Да вот, поступил сигнал из Цюриха: дескать, на этом поезде к нам прикатит некий посланник от Даллеса, чтобы склонить кого-то из наших бонз к сговору, в качестве козыря используя оружие возмездия. И как будто этот таинственный инкогнито располагает чрезвычайно приятной наружностью.

—Такого там точно не было, — вставил Римельт. — Женщины были. Но ведь это же не мужчина, понимаешь, с наружностью.

—Угу… не было, — задумчиво повторил Шольц. Потом обернулся к Элерту: — Позвольте, Макс, я посмотрю список пассажиров.

—Пожалуйста.— Элерт передал ему бумаги и добавил: — Как вы понимаете, информация ушла наверх. Я слышал, даже Борман спрашивал. Но тревога, похоже, ложная. Римельт говорит, никакого инкогнито там не было. Следующий поезд из Цюриха через пять дней. Мы и его проверим на всякий случай. Но я уверен, что и там ничего не будет. Какая-то выморочная ис- тория: приехать в Берлин, чтобы — что? Договориться с фюрером? У наших там мозги закисли от швейцарского шоколада и спокойной жизни.

Шольц нацепил очки и внимательно изучил списки пассажи- ров. Потом поднял глаза на Римельта:

—Скажите, поезд делал остановку на маршруте от швей- царской границы до Силезского вокзала?

Римельт подумал и сказал:

—Думаю, нет.

—Думаете?

—Я спрашивал, какой у него маршрут. Раньше он останавливался, да, в Гёттингене и Магдебурге, но с прошлого года ходит без остановок.

—А этот, конкретно этот поезд, он останавливался или нет?

Физиономия Римельта выразила озадаченность:

—Если конкретно… если этот… Я не могу сказать точно, штурмбаннфюрер. Если остановки отменили, то зачем этому останавливаться?

—А когда, когда вы об этом спрашивали?

—Да вот, накануне.

—Макс, вы не против, если мы с господином Римельтом съездим на вокзал?

Элерт взмахнул рукой:

—Пожалуйста, Кристиан. Для вас — всё, что угодно.

Римельт понял, что скорее всего выпивка сегодня отменяется.

По дороге на вокзал Шольц молчал, никак не реагируя на попытки Римельта пообщаться. В его молчании звенело холодное бешенство, но тугоухий гауптштурмфюрер этого не услышал. Он отчаянно потел и протирал платком круглое лицо и шею, думая о початой бутылке коньяка, припрятанной за настольными часами в столовом комоде.