Книга Цепная реакция, страница 64 – Дмитрий Поляков-Катин

Узнав, что Рудель сейчас в Вольгасте, Дальвиг сперва приехал в Грайвсвальд, чтобы ему оттуда указали, где находится Рудель, и только потом отбыл в Вольгаст.

Близость моря была заметна с первых шагов — на безлюдных улочках кукольного городка если кто и встречался, то преимущественно матросы. Верфь в проливе Пене, рассекающем городок на островную и материковую части, была утыкана военными кораблями, ожидающими ремонта. Несмотря на ветра, студеный воздух до самой Ратушной площади пропитался смесью солярки с гарью костров в железных бочках, возле которых грелись военные.

Прибыв в город, Дальвиг сразу направился к объекту охраны, разместившемуся в заброшенной мельнице на окраине. Остановившись в трехстах метрах от окруженного колючей проволокой кирпичного амбара с полустертой надписью «1880. Отто Вендорф», он захлопнул дверцу своего «опеля» и по тропе из обледенелой глины и прошлогодней травы пошел, оскальзываясь, к караулке, рядом с которой переминался с ноги на ногу озябший обершютце.

—Хайль Гитлер, — попытался выкрикнуть, но смог лишь едва просипеть обершютце.

Дальвиг махнул рукой:

—Пошли внутрь, сынок.

Навстречу Дальвигу вскочили двое немолодых резервистов, которые согревались чаем и играли в карты. Дальвиг снял перчатки, фуражку, подошел к печке и прижал ладони к горячему металлу.

—Ну что, ребята, скучаете без дела? — спросил он.

—Никак нет, господин майор,— ответил небритый ефрейтор. — Несем службу.

—Служба на фронте. А тут — курорт. Что охраняем?

—Не можем знать.

—А где эсэсовцы?

—Да их тут и не было. Неделю назад наведались и ушли.

—Понятно, — сказал Дальвиг. — Ну-ка, пошли посмотрим, что у вас там? Может, и охранять-то нечего.

Никто не осмелился перечить инспектору из ОКХ, и по уз- кому коридору они прошли в деревянный амбар, расширенный за счет пристроенного к нему ангара. За дубовой дверью взору открылись ряды поставленных друг на друга металлических бочек.

Дальвиг подошел ближе. На некоторых бочках была видна трафаретная надпись — «Uranium oxid».

— Черт знает, чем вы тут занимаетесь, — проворчал Дальвиг.

Они вернулись в корпус мельницы.

Дальвиг взял со стола стакан, понюхал его, налил воды из чайника и выпил.

—А оберлейтенант Рудель, где он?

—Он в городе, — ответил ефрейтор. — На Хеллерштрассе он снимает комнату.

Оберлейтенант Рудель оказался розовощеким, очень подвижным, хотя и несколько одутловатым мужчиной лет со- рока с усами на итальянский манер. Он был умен, внимателен, предупредительно исполнителен. И он боялся. Дальвигу повезло. Руделя буквально трясло от страха при одной мысли очутиться на русском фронте, дыхание которого обжигало все более чувствительно. И произойти это могло в любой момент.

—Откуда ты, Рудель?

—Тюрингия. Веймар, господин майор.

—Гёте, Ницше, Шиллер.

—Еще Лист.

—Да, Лист. Кому всё это теперь нужно?

—Нашим детям.

—У тебя есть дети?

—Дочь, господин майор. Четырнадцати лет. Живет в Веймаре с моей матерью.

—А жена?

—Жена сбежала. Это теперь часто бывает.

—Сбежала… Ну, да, конечно.

—Я уже не думаю об этом.

—Может, оно и к лучшему. У нас одному подполковнику жена изменила. Лет пятидесяти, как он сам. Хотел стреляться. Но подвернулась ему молодуха — бабёнка хоть куда, кровь с молоком. Стенографистка его. И ничего, ожил. Даже помолодел, сукин сын.

—Не всем так везет, господин майор.