Книга Цепная реакция, страница 187 – Дмитрий Поляков-Катин

Вечером того же дня военный руководитель американской программы по созданию ядерного оружия генерал Гровс получил от Паша короткое донесение: «Генерал, процесс пошел. Можете открывать шампанское». Гровс поморщился, он не любил фамильярности. В свою очередь он подготовил два послания. Первое — президенту Рузвельту. В нем было сказано: «В ближайшее время мы совершим прорыв к атомной бомбе. Миссия «Алсос», о которой я Вам докладывал, дала первые плоды. Захвачен немецкий циклотрон, арестованы профессор Вальтер Боте и доктор Вольфганг Гентер.Уверен, что в скором времени у нас будет весь цвет немецкой ядерной физики, что позволит решить научные проблемы в ускоренном порядке».

Второе послание Гровс отправил руководителю Управления стратегических служб Уильяму Доновану: «Гейдельберг дал результат. Можем начинать».

Немедленно Донован направил шифровку Аллену Даллесу. Он писал: «Так как события в Гейдельберге показали серьезность намерений германской стороны, считаю возможным начать освоение крысиных троп. Вновь свяжитесь с представителями Ватикана через Феликса Морлиона. Чтобы не быть замкнутым на одном контрагенте, предлагаю в полной мере задействовать епископа Антонио Борелли, с которым, благодаря вашим усилиям, установился хороший контакт. Немецкая сторона должна предоставить уточненные списки нужных нам ученых, ключевых лабораторий, складов урановых материалов, также научные и конструкторские разработки, связанные с урановой программой Германии».

С текстом послания Донована по распоряжению Даллеса был ознакомлен Франс Хартман.

25 марта грузовая подводная лодка дальнего действия U-234 с экипажем 52 человека на борту в сопровождении трех электролодок типа XXIII покинула порт приписки Киль и взяла курс на норвежский Кристиансанн. Вообще, U-234 проектировалась как подводный минный заградитель, но впоследствии, учитывая размеры лодок типа ХВ, командование предпочло использовать ее в качестве перевозчика. Это был мощный зверь: длина 89 метров, ширина — 9,2, способность погружаться на глубину до 200 метров, дальность хода со скоростью 10 узлов — 18 тысяч морских миль, а также 30 шахтных стволов, в которых размещались до 66 тяжелых якорных магнитных мин SMA, два 20-миллиметровых зенитных орудия на борту и одно — 37-миллиметровое. Открыв люки шахт, U-234 была способна устанавливать мины на глубинах до 600 мет- ров.

В проливе Каттегат произошло нелепое столкновение U-234 с другой подлодкой из состава кригсмарине, идущей в Германию, в результате которого пострадал легкий корпус, а из резервуара просочилось топливо. Несмотря на господство в воздухе авиации союзников, U-234 под покровом ночи, используя шведские территориальные воды, благополучно добралась до порта в Хортене, но там вынуждена была встать на ремонт.

Командир корабля — капитан-лейтенант Иоганн-Генрих Фелер — не был похож на морского волка. Скорее худой, чем изящный, маленького роста, узкоплечий, но в его лице присутствовало такое стальное мужество, что никто не посмел бы посмотреть на него косо. В отличие от многих других командиров подлодок, он никогда не позволял себе появляться невыбритым, растрепанным, воняющим по́том. Накануне похода Фелера вызвали в рейхсканцелярию, где его намеревался принять сам Гитлер. В отутюженной до блеска синей униформе кригсмарине с Железным крестом 1-го класса и Немецким крестом в золоте на кителе, капитан-лейтенант спустился в фюрербункер, где его по узким коридорам провели на второй уровень и оста- вили в пустой комнате, больше похожей на тюремный бокс, чем на апартамент высшего руководителя. Не зная, чем себя занять, Фелер прошелся взад-вперед и замер в напряженной позе. Наконец, дверь открылась и в комнату вошел среднего роста, невзрачного вида, коренастый человек в светло-зеленом мундире с малиновыми петлицами рейхсляйтера. Фелер выбросилруку в нацистском приветствии.