Книга Цепная реакция, страница 124 – Дмитрий Поляков-Катин

Когда ровно в час пополудни Цитрас вошел в «Chat bleu», Лукацци уже расплачивался за свой горячий шоколад.

—Куда же вы? — удивился Цитрас. — Кажется, я не опоздал.

—Увы, дела, — вздохнул Лукацци, вытаскивая из-под стола огромный живот: не было сомнений, что он заранее подгадал свой уход. — Тео, я заказал вам чашку шоколада. Он здесь великолепный.

—Выходит, не зря я тащился через весь город, — съязвил Цитрас.

—Конечно. — Лукацци надел шляпу, взял в руку трость с резным набалдашником. — А чтобы шоколад был слаще, оставлю вам повод для размышления. — Он слегка нагнулся к Цитрасу: — Арестован некто Георг Лофгрен. Не знаю, есть ли вам дело до этого Лофгрена, но им интересуются на самом верху.

—Понятия не имею, о ком вы говорите.

—Вот и я о том же.

Лукацци приподнял шляпу и степенно удалился через двор, мурлыча себе под нос арию Тореадора из «Кармен».

В тихой стране, избежавшей участия в боевых действиях, люди склонны следовать размеренности и традициям. Бригадный полковник Роже Массон, несмотря на занятость в качестве главы службы швейцарской военной разведки, сохранил привычкуранним утром совершать энергичную прогулку вдоль берега Ааре в ожидании приезда служебного автомобиля. В свои пятьдесят лет Массон выглядел бодрым, решительным, обремененным авторитетом и ответственностью сановником, руководившим подразделением из трех сотен тысяч сотрудников. Он любил утро. Утром жизнь как будто начиналась заново. Вставал в пять, умывался водой с колотым льдом. На завтрак — тосты с сыром, плошка творога, мед, крепкий кофе и дежурный поцелуй супруги. Когда он выходил на свежий воздух, голова была ясной, свежей; он четко понимал, что и с каким прицелом будет делать в ближайшие десять часов.

Над холодной мартовской водой с печальными криками кружили чайки. Каблуки Массона звонко чеканили шаг по гранитной мостовой променада. Легкие сладко щекотала звонкая свежесть влажного утреннего тумана. Какой-то парень в вельветовой куртке кормил хлебными корками черных лебедей. Поравнявшись с ним, Массон обратил внимание на малозаметный шрам возле уха, прикрытый околышем кепки. Парень взглянул на него, и они поздоровались.

—Птицы здесь совсем доверчивые, — сказал парень, улыбнувшись.

—Да, — холодно отреагировал Массон и прошел мимо.

—В Германии лебедей почти не осталось, — не унимался парень. — Бомбардировки всех распугали.

Массон кивнул, не останавливаясь.

— А в сорок третьем лебеди еще плавали. Четвертого марта.

Массон замер на месте и повернулся:

—Что вы сказали?

—Четвертого марта… Да вот, взгляните сами.

Из висевшей на плече сумки он достал фотографию и протянул ее Массону. На фото — не самого лучшего качества — на фоне озера с лебедями стояли, улыбаясь друг другу, главнокомандующий швейцарской армией Анри Гизан и начальник VI Управления РСХА Вальтер Шелленберг, оба в штатском.

—Видите? — Парень также посмотрел на фото. — Ох, простите, это же не Германия. Это здесь. Если не ошибаюсь, озеро Штаузее в Арозе. Да-да, прекрасный курорт. Не всем по карману.

—Кто вы?

—Вопрос неуместный. Вы же профессионал.

Массон поджал губы.

—История не стоит на месте. Я видел много снимков, где рядом с Гитлером красуются первые лица европейских государств. Ваш шантаж наивен, молодой человек.

—Не так наивен, как мои глаза, — улыбнулся парень. — Конечно, сами по себе снимки мало о чем скажут. Но с комментарием… Давы сами посудите.