Онлайн книга «Белая ложь»
|
Вместо этого у Джиневры на коленях лежал дневник-признание. И вина, тяжёлая, липкая, не отпускала её. Ведь именно она позволила Клэр уйти в тот вечер в лес. И не остановила. Джиневра продолжала листать дневник, пальцы дрожали от напряжения. Каждая страница будто приближала её к разгадке того, что на самом деле происходило за две недели до исчезновения Клэр. Бумага шуршала сухо и хрупко, как старые афиши, что висели на стенах актового зала. 17 ноября 1983 года. «Сегодня я наткнулась на крайне интересные сведения. Культ «Белой правды» носит красные мантии и был основан почти сто лет назад. Их целью всегда становились студентки, имеющие власть и влияние в университете. Те, кто действительно менял здесь правила игры. Как я. Как те девушки, что исчезли до меня. В библиотеке я случайно нашла тайную секцию. Кажется, даже миссис Реддвел о ней не знала. Всё вышло случайно: я задела плечом старый шкаф, и тот чуть отъехал в сторону, открыв дверь в узкую комнату. Там оказалось слишком много материала, чтобы его могли хранить просто так. Газеты, папки, фотографии… несколько я забрала с собой.» Дальше чернила расплывались, строчки превращались в грязные пятна. Видимо, прошлогодний весенний потоп оставил следы не только на стенах подвальных помещений «Хиллкреста», но и в этом дневнике. Через несколько страниц вновь можно было разобрать текст. 1 декабря 1983 года. «Кажется, я схожу с ума. Я вижу то, чего нет. Иногда мне кажется, что в чай подсыпали что-то, или, может, воздух здесь отравлен. Всё внутри меня дрожит, и я не знаю, сколько ещё выдержу. Я чувствую, что всё близится к дню полнолуния…» У Джинни сжалось горло. С каждой новой страницей почерк Клэр менялся — буквы становились всё более неразборчивыми, резкими, неровными. Сама бумага словно хранила её страх. Джиневра едва сдерживала слёзы, понимая: Клэр всё это предвидела. И тут — резкий стук двери. Джинни дёрнулась и чуть не уронила дневник. Дверь распахнулась, и на пороге появились Одри и Лора, вошедшие под руку, будто только что вернулись с прогулки. За ними стояла Вероника — её глаза сверкали, лицо было красным от злости, а волосы растрёпаны, словно она полдороги проспорила с кем-то до крика. — Джинни! — голос Одри сорвался почти на визг. — Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя было возвращаться! Джиневра сжала дневник, крепко прижимая его к груди. — И почему же нельзя? — Кровавое полнолуние через неделю, — спокойно, но тяжело произнесла Лора, проходя в комнату и кидая пальто на соседний стул. — Мы думаем, что именно в этот день они доберутся до тебя. Сердце Джиневры ухнуло вниз. Она вновь глянула на страницы дневника, где Клэр писала о своей смерти в ночь полной луны. Всё складывалось слишком точно. — Что это у тебя? — Лора села прямо на отодвинутую кровать Клэр и уставилась на разложенные перед Джинни предметы: газеты, фотографии, шкатулку. — Я нашла письмо от Клэр в бумагах отца, — тихо произнесла Джиневра, поправив очки и прижимая дневник к себе. — Она написала там про этот тайник. — Почему твой отец не сказал тебе про письмо? — Лора нахмурилась и чуть наклонилась вперёд, её браслеты на запястье громко звякнули. — Не знаю, — Джинни пожала плечами. — Видимо, письмо пришло уже после её смерти. Так же, как и тебе. Одри устроилась рядом, подогнув под себя ноги и взяв со стола стопку фотографий. Снимки были старые, чёрно-белые, с пожелтевшими краями. Она задержала взгляд на одном и нахмурилась: |