Книга Белая ложь, страница 51 – Данил Харченко

Клэр шла впереди, её жёлтое платье и широкополая соломенная шляпка сияли среди тени, как сигнал. Она всё время хихикала, оборачивалась к девочкам, словно боялась, что они потеряют интерес.

— Девчонки, это самое красивое место здесь! — почти кричала она, оглядываясь через плечо. — Нигде, ни в Штатах, ни в Европе, я не видела ничего подобного!

Одри, шагая чуть позади, вдруг поймала себя на мысли, что Клэр в тот день выглядела по-настоящему счастливой.

Они вышли к пруду. Вода мерцала, переливаясь голубыми и зелёными отблесками. Сбоку торчал старый деревянный пирс, скрипевший от ветра. Четыре высокие ели образовывали что-то вроде зелёной стены, а вдоль берега цвели кусты белых роз, и их аромат перебивал даже запах прогретой травы. Вокруг летали бабочки, ленивые пчёлы жужжали над водой.

— Я же говорила, тут прекрасно, — воскликнула Клэр и, не мешкая, подошла к одной из елей.

Она достала из сумочки перочинный ножик с красной ручкой, модный швейцарский Victorinox, и начала вырезать на коре буквы.

— Что ты делаешь? — с недоумением спросила Джинни, придерживая очки, чтобы не сползли от пота.

— Создаю историю, — улыбнулась Клэр, и её смех разнёсся по воде, как звон серебряных колокольчиков.

Позади кто-то из студентов, вернувшихся в кампус, громко крикнул: «Увидимся завтра!», и их смех ещё долго доносился издалека. Но девочки уже стояли у ели, глядя, как Клэр оставляет след, который, по её словам, останется «навсегда».

* * *

Теперь Одри смотрела на пруд с раздражением и какой-то усталой досадой. В темноте он казался совсем другим — грязно-серым, тяжёлым, чужим. Не было ни тех солнечных бликов, ни белых роз, ни смеха Клэр. Только сырой воздух и блеск тонкой ледяной корки на краях.

Лора подошла к самой воде. Лунный свет упал на её светлые локоны, когда она, небрежно встряхнув головой, откинула волосы вперёд.

— Всё. Я готова, — сказала она и глубоко вдохнула, будто решалась на прыжок в холодную воду.

Одри огляделась, крутанулась на месте и заметила в стороне огромный валун, заросший мхом. Его массивная тень выглядела надёжным укрытием.

— Мы с Рони будем там, — сказала она вполголоса и указала рукой. — Как только этот медвежонокпоявится, выйдем.

Вероника кивнула и поправила джинсовку, застёгивая её на все пуговицы, хотя было не так уж холодно. Они вдвоём юркнули за камень, присели и затаились.

Лора осталась у воды. Она медленно ходила вдоль кромки пруда, проводя ладонью по высокой сухой траве. Под каблуками у неё хрустела промёрзшая земля. Сцена напоминала Одри то далёкое лето: Клэр тоже любила ходить у камышей, размахивая руками и смеясь. Но теперь всё выглядело мрачнее. И вместо Клэр у берега стояла Лора — чужая, хоть и похожая.

Минуты тянулись мучительно долго. Ветер гнал по воде мелкие волны, где-то вдалеке ухнула сова. И вдруг в лесу послышались шаги. Сухая ветка треснула, зашуршали листья.

Лора вздрогнула и резко повернулась лицом к пруду, так, чтобы лунный свет освещал только её спину. Она начала слегка раскачиваться на каблуках, словно не знала, куда деть руки.

Одри, затаив дыхание, осторожно приподнялась, выглядывая из-за камня. Между стволами показался тёмный силуэт. Он двигался уверенно, не боясь неровной тропы. Когда фигура вышла на поляну, стало видно: на нём был длинный плащ из чёрной кожи, капюшон глубоко надвинут. Лунный свет блестел на складках материала.