Книга Красная жатва и другие истории, страница 210 – Дэшил Хэммет

Фил пригибал девушку к полу, пока она не легла ничком, вплотную к стене. Он вытянулся перед ней, пытаясь пронзить тьму взглядом. Капалов залег где-то поодаль, но к какой стене он жмется? В любой другой комнате его местонахождение выдал бы голос, но в этом узком коридоре сориентироваться невозможно. Звуки просто исходят из темноты.

До них снова донесся велеречивый монолог русского:

– Знаете, мы на грани того, чтобы выставить себя на посмешище. Лежать в темноте – неплохое занятие, но проблема в том, что мы оба чрезвычайно терпеливые существа. Боюсь, как бы это не затянулось до абсурда.

Свободной рукой Фил пошарил по карманам. В жилете нашел несколько монет. Бросил одну; она ударилась о стену и покатилась по полу.

Капалов рассмеялся:

– Я тоже думал об этом, но не так-то просто изобразить звук человека в движении.

Фил выругался под нос:

– Должна же быть какая-то лазейка из этой западни!

Как и говорил Капалов, на выходе из прихожей было слишком светло. Похоже, не имелось других путей, кроме как по лестнице или мимо русского. Если решать дело стрельбой, то нельзя забывать про девушку. Никаких сомнений, что и Капалов выстрелит. Ромен подползла к Филу.

– Если пойдем наверх, – прошептала она, – окажемся в ловушке.

– Ты можешь что-нибудь придумать?

– Нет! – И затем она наивно добавила: – Но здесь, с тобой, мне не страшно. – Она схватила его за руку. – Мне кажется, он ушел. Такое чувство, что здесь больше никого нет, кроме нас.

– Что это может значить?

– Может быть, собаки?

Он подумал о мускулистых телах и слюнявых пастях, которые видел во дворе, и содрогнулся.

– Жди здесь, – велел Фил и бесшумно пополз по коридору.

Казалось, он одолел не менее ста футов, прежде чем его рука коснулась стула, о котором говорил Капалов. Фил осторожно отодвинул стул в сторону и двинулся дальше. Вот пальцы дотронулись до дверного косяка: конец коридора.

Фил шепотом сообщил девушке:

– Он ушел.

Ромен присоединилась к нему.

– Может, покончим с этим? – спросил он.

– Да. Лучше попробуем зайти сзади.

Она взяла его за руку и повела в комнату.

10

«Мои руки будут тверды»

Они сделали три шага в темноту, а затем зажегся свет, и Фил обнаружил, что беспомощен – его руки прижаты к телу мощными ручищами Михаила. Капалов обезоружил пленника и улыбнулся ему.

– У Михаила, которого вы снова видите со мной, крепкая голова, и я опасался, что мой удар успокоил его ненадолго. Можете представить, какой невыгодной была моя позиция в коридоре: вы впереди, а мой ненадежный соотечественник позади. Когда я больше не мог этого выносить, вернулся и привел его в чувство, чтобы снова привлечь на свою сторону.

Михаил отпустил Фила и шагнул назад. Капалов продолжил, весело усмехаясь:

– Вы без труда поймете, мистер Труэкс, что я не могу затягивать эту игру. Еще несколько дней, и я превращусь в развалину. Я человек простодушный, мне не вынести этого безумия. Вы видели, в каком состоянии Ромен. Принимаете мои условия?

Фил поборол отвращение к себе за то, что так легко попался, и решил вернуться к прежней тактике: блефовать, пока не почувствует настоящую боль. Он улыбнулся и покачал головой:

– Боюсь, мы никогда не придем к согласию.

Капалов вздохнул:

– На этот раз я сам займусь священнодействиями, так что не ждите, что их остановит приступ сострадания. Хотя сердце из-за вас обливается кровью, мои руки будут тверды.