Книга Красная жатва и другие истории, страница 189 – Дэшил Хэммет

– В кино. – Голос Пэрл звучал слишком непринужденно.

Следовало выбрать другую интонацию, но она знала, что в любом случае продолжение будет одно.

– С кем?

Осознав тщетность любых попыток обмануть, Пэрл вернулась к стремлению уязвить его любой ценой – к основе их отношений с тех пор, как стерлось первоначальное очарование брака.

– С мужчиной! У нас было свидание. Мы встречались и раньше. Он хочет, чтобы я ушла к нему. Он читает все, кроме спортивных новостей. Не ходит на бокс. Любит кино. Терпеть не может бурлеск. Затягивается сигаретным дымом. Не считает, что у мужчины должны быть только мускулы. – Ее голос стал высоким и резким, с нотками истерики.

Луи прервал ее тираду вопросом. Его удивила вспышка, но он был не из тех, кого взбудоражит взвинченность жены.

– Нет! Пока нет, но если захочу, то сделаю, – ответила Пэрл, почти не прерывая своего пронзительного напева. – И если захочу, то уйду к нему. Он не требует говядину каждый день. Не принимает холодные ванны. Умеет ценить не только грубость. Не поклоняется своему телу. Он…

Закрывая за собой дверь, Луи все еще слышал визгливый голос жены, продолжавшей воспевать достоинства своего ухажера.

– Мистер Беккер на месте? – спросил Луи малорослого паренька, стоявшего возле низкой отгородки на входе в торговую контору «Литц и Олитц».

– Вон там, в дальнем углу за столом.

Луи толкнул воротца и прошел по длинному помещению между двумя рядами математически точно расставленных столов: два письменных, машинистка, два письменных, машинистка. Треск пишущих машинок, шелест бумаг, гул голосов, диктующих: «…На ваше письмо… наш мистер Хассис… хотел бы сказать…» Шагая нарочито бодрой походкой, Луи изучал молодого мужчину в углу. Неплохо сложен, но, похоже, хлипкий и мощных ударов не выдержит. Он остановился перед столом Беккера, и тот поднял на него бледные, изнуренные глаза.

– Мистер Беккер?

– Да, сэр. Присаживайтесь.

– Нет, – спокойно сказал Луи, – то, что я собираюсь сказать, нужно говорить стоя. – Он отметил замешательство в глазах продавца. – Я Луи Стемлер!

– Ох!.. Да… – произнес Беккер.

Он явно не мог придумать, что еще сказать. Потянулся за бланком заказа, но и взяв его, остался в растерянности.

– Я научу тебя, – процедил Луи, – не заигрывать с чужими женами.

Извечное беспокойство на лице Беккера усугубилось. Должно было последовать нечто глупое. Чувствовалось, что он очень боится выставить себя на посмешище, однако знает, что все идет именно к этому.

– Ох!.. Послушайте, – отважился он.

– Может, ты встанешь? – Луи начал расстегивать пальто.

За неимением предлога остаться сидящим, Беккер неуверенно поднялся на ноги. Луи обогнул угол стола и стал лицом к продавцу.

– Теперь шансы равны, – сказал Луи, напрягая плечи, выставляя вперед левую ногу, не сводя глаз со смущенного человека перед собой.

Беккер вежливо кивнул.

Парикмахер перенес вес с правой ноги на левую и ударил в зубы, отбросив молодого человека к стене. Растерянность на лице Беккера сменилась гневом. Так вот оно что! Он бросился к Луи, но был встречен ударами, которые сотрясли его, заставили отступить. Он вслепую ухитрился схватить парикмахера за руки, но тот их вырвал, и вот уже кулаки снова и снова молотят продавца по лицу и туловищу. Беккер не проходил двадцать кварталов за двадцать минут, не дышал полной грудью у открытых окон, не скручивал, не опускал, не поднимал свое тело ежеутренне, не проводил часы в спортивных залах, укрепляя сухожилия. К такой чрезвычайной ситуации он оказался не готов.