Книга Красная жатва и другие истории, страница 176 – Дэшил Хэммет

– В прошлом году, в начале лета или в конце весны, мне захотелось вернуться в Сиэтл. Полагаю, все, что я делала, так или иначе станет известно. Но что тут скрывать? Мне просто казалось, что мы с Эдвардом сможем помириться. В общем, я вернулась и сняла квартиру на Вудмэнси-террис. В Сиэтле меня всегда знали как миссис Эдвард Комерфорд, к тому же я подумала, что если воспользоваться его именем, то это хоть чуточку на него повлияет… Кроме того, я позвонила Кунсам, чтобы они подготовили наш дом – на случай, если мы с Эдвардом снова там будем жить. Но Кунс мне ответил, что они собираются в Калифорнию, и я охотно подтвердила для них положительные рекомендации, когда из Сакраменто пришел запрос бюро найма. Я провела в Сиэтле около двух недель, а потом передумала мириться с Эдвардом – поняла, что его интересует совсем другое. Поэтому я снова переехала в Сан-Франциско.

– Замечательно! Вот только…

– Если позволите, я закончу, – перебила она. – Когда я получила телеграмму от дяди и приехала к нему, то с удивлением увидела Кунсов. Дядины причуды были мне известны, а теперь их стало еще больше. Из-за своего таинственного изобретения он вел себя невыносимо, всех подозревал… Пришлось предостеречь Кунсов, чтобы они ему не рассказывали о том, что раньше работали у меня. Наверняка он рассчитал бы их, а со мной поссорился – решил бы, что я за ним шпионю. Когда же Кунс позвонил и сообщил о пожаре, я поняла: нельзя признаваться, что прежде Кунсы были слугами у меня. Из-за того, что я единственная наследница дяди. Признание немедленно бросило бы тень на всех нас. Так что мы по-глупому сговорились поддерживать обман.

Звучало складно, но что-то было не так. Очень хотелось, чтобы Тарр не порол горячку и позволил нам найти правильный подход к этим людям, прежде чем отправить их за решетку.

– Полагаю, – продолжила она, когда я ничего не ответил, – случайное попадание Кунсов в дом моего дяди – это слишком подозрительное совпадение для ваших сыскных инстинктов. Я должна считать себя арестованной?

Мне начинала нравиться эта девчонка. Славная, с такой приятно иметь дело.

– Пока нет, – ответил я. – Но боюсь, что осталось недолго.

Мой ответ вызвал у нее легкую усмешку, и тут раздался дверной звонок.

Это был О’Хара из Главного управления полиции. Мы опрокинули квартиру вверх дном и вывернули наизнанку, но не нашли ничего существенного, кроме завещания от восьмого июля, о котором упоминала миссис Троубридж, да нескольких полисов страхования жизни, оформленных на ее дядю. Даты на всех были проставлены в интервале между пятнадцатым мая и десятым июня, а общая сумма немного превышала двести тысяч долларов.

После того как О’Хара забрал Эвелин Троубридж, я целый час мурыжил служанку вопросами, но ей было известно не больше, чем мне. Однако, сравнив ее показания со словами сторожа и консьержа, а также опросив тех, чьи имена назвала миссис Троубридж, я выяснил, что хозяйка квартиры действительно вечером перед пожаром развлекалась с друзьями. Как минимум до одиннадцати часов – можно сказать, допоздна.

Через полчаса автобус вез меня в Сакраменто. Мало-помалу я становился постоянным пассажиром этого маршрута, и мой организм отмечал подпрыгиванием каждую выбоину на дороге, а выбоин, как говаривал Дэвис Резиноголовый про мух и комаров в летней Алберте, было «щедрое изобилие».