Книга Красная жатва и другие истории, страница 169 – Дэшил Хэммет

– Это еще что такое? – спросил шериф у Макклампа. – Телохранителей себе завел?

Двое других Маков поняли, что вызывали не их, и вернулись к игре в криббедж.

– Нам для поимки поджигателя прислали этого городского прохвоста, – сообщил Тарр своему помощнику. – Но сперва надо объяснить ему ситуацию.

Несколько месяцев назад мы с Макклампом работали вместе по делу об ограблении экспресса. У этого поджарого светловолосого паренька лет двадцати пяти – двадцати шести храбрости на десятерых, но и лени едва ли меньше.

– Ну разве Господь не милостив к нам?

Маккламп тут же развалился на стуле – это первое, что он всегда делал, войдя в помещение.

– В общем, расклад такой. Особняк этого Торнберга стоял в паре миль от города на старой дороге. Ветхий каркасный дом. Позавчера около полуночи Джефф Прингл – ближайший сосед, примерно полмили к востоку – увидел на небе зарево и поднял тревогу. Но когда подъехали пожарные машины, тушить было уже нечего, даже не стоило утруждаться. Первым из соседей примчался тот же Прингл. К этому времени уже обвалилась крыша.

– Продолжай, – сказал я.

– Ничего подозрительного не видели – никаких тебе чужаков поблизости и прочего. Слуги Торнберга только самих себя и спасли. Рассказывают не так уж много – похоже, слишком напуганы. Они успели заметить Торнберга в окне аккурат перед тем, как в комнате полыхнуло. Да, кстати, есть еще один свидетель, Хендерсон. Он ехал домой из Уэйтона и подоспел незадолго до обвала крыши.

– Что-то еще?

– Пожарные обнаружили следы бензина. Слуги Торнберга, семья Кунс, говорят, что в доме бензин не держали. И на этом пока все.

– У Торнберга есть родственники?

– Ага, – хмыкнул Маккламп. – Племянница в Сан-Франциско, миссис Эвелин Троубридж. Она вчера приезжала, но поняла, что ей тут делать нечего, да и нам ничего такого не рассказала. Вернулась домой.

– Где сейчас слуги?

– Здесь, в городе. Остановились в гостинице на Ай-стрит. Я попросил их пока не уезжать.

– А кто владелец дома? Торнберг?

– Угу. Купил дом в агентстве «Ньюнинг и Уид» несколько месяцев назад.

– Понятно… Ты чем-то сейчас занят?

– Только этим.

– Хорошо. Тогда пойдем порыщем вокруг.

Мы застали Кунсов в их гостиничном номере на Ай-стрит. Дверь нам открыл мистер Кунс, пухлый недомерок, наделенный невозмутимо-вежливым лицом и учтивостью типичного слуги. Его высокая жилистая жена оказалась лет на пять старше, хотя заверила, что ей всего сорок. Рот и подбородок у нее выглядели так, будто созданы для сплетен, но разговор вел сам Кунс, она только согласно кивала после каждого второго или третьего слова.

– Насколько мне помнится, мы работаем у мистера Торнберга с пятнадцатого июня, – сказал он в ответ на мой первый вопрос. – В начале месяца приехали в Сакраменто и обратились в бюро найма «Эллис». Через две недели нас отправили на встречу с мистером Торнбергом, и он нас нанял.

– Откуда вы приехали?

– Из Сиэтла, сэр. Работали у миссис Комерфорд. Нас очень огорчило, когда выяснилось, что тамошний климат для моей супруги не подходит: у нее болезнь бронхов. Пришлось перебраться в Калифорнию. Однако весьма вероятно, что мы остались бы в Сиэтле, если бы миссис Комерфорд не продала дом.

– Что вы знаете о Торнберге?

– Очень немногое, сэр. Мистер Торнберг был необщительным джентльменом. Даже о роде его занятий нам ничего не известно. Похож он был на моряка в отставке. Правда, мистер Торнберг никогда этого прямо не подтверждал, но его выдавали манеры и внешность. Из дома он не выходил, гостей не принимал, – впрочем, однажды к нему приехала племянница. Писем не отправлял, почту не получал. В комнате рядом со своей спальней мистер Торнберг устроил что-то наподобие мастерской. Большую часть времени он проводил там. Полагаю, мистер Торнберг работал над каким-то изобретением, но дверь он держал запертой и не позволял нам приближаться к ней.