Книга Тайна графа Одерли, страница 121 – Альда Дио

– У него ведь иное имя. Радж, верно?

– Значит, успели поладить?

– Ревнуете? – Я хитро улыбнулась, но внутри поразилась собственной дерзости. Именно так бы и вела себя баронесса Луиза Ле Клер, что решила напомнить о себе в столь неподходящий, интимный момент.

– А если и ревную?

Такого хода я не ожидала. Думала, он станет утверждать обратное, поэтому мои губы сомкнулись, давая время выдумать следующую реплику и шахматный ход.

– Полагаю, сказала бы, что ваши узы выше любой ревности, милорд. Вы всегда были так дружны? Поладили сразу, как встретились?

– Почти. Когда нам было лет по двенадцать, он чуть не проткнул меня саблей.

– Что?!

– Случайность, чистая случайность! Неудачная игра с оружием.

– О Фортуна! Права была матушка, воистину мужчины – это случайно выжившие мальчики!

– Твоя матушка – мудрая женщина.

Так и есть, упокой Господь ее душу.

– А ваша?

– О да. Умная, заботливая. Самая добрая душа из всех, кого я знаю.

– Путешествовала ли она вместе с вами? – спросила я с осторожностью, не зная, можно ли бередить эту рану. В комнате картин он высказался о леди Элизабет довольно сухо.

– Нет… – не вполне уверенно ответил он. – Здоровье не позволяло.

– Жаль, что ей не довелось увидеть красоты Индии.

– Да. Жаль. Но то, что она не застала страну сейчас – не жаль вовсе. – В голосе звенела сталь, пока фигуры одна за другой перемещались по доске.

– Асим рассказал, что в стране голод…

– Хм. Вот уж не думал, что у Асима такой длинный язык.

– Вовсе нет, это я очаровательна.

– Не поспоришь, Джесс.

– Это правда? Все из-за Ост-Индской компании?

– Да. Мне не хотелось бы омрачать ночь подробными описаниями варварства и жестокости, на которое способны англичане, но это так.

Вот оно, верно догадалась. Даже после открытия губительных свойств опиума ты не остановил торговлю, ты хочешь отомстить.

– Ваше сердце болит за простой народ… – размышляла я вслух. – И в прислуге вы видите людей… Вы хороший хозяин.

– Кажется, весь Хэмпшир считает иначе.

– Весь Хэмпшир – глупцы.

– И только Джесс самая умная?

– Самая не самая, да только шах вам вот-вот поставлю.

– Хм. Неплохо. – Потерев подбородок, он занес руку над фигурами.

– Милорд… Что будет с Индией, если ничего не изменится?

– Обязательно изменится. Не хочу показаться самонадеянным или чересчур амбициозным, но я планирую использовать свое влияние, чтобы изменить политику компании.

– Как? – Заняв место Гастингса на посту губернатора Бенгалии?

– Заняв место нынешнего губернатора Бенгалии.

Быть может, я и вправду самая умная?

– Действительно, амбициозно. И что для этого нужно?

– Получить поддержку парламента, для начала.

– А для этого необходимо… – Я неловко прочистила горло. – Вступить в брак с мисс Бэлл?

– Верно. – Улыбка погасла, подобно звездам в предрассветный час. – Ты сообразительна.

Я потупила взгляд. Вся спесь куда-то растерялась с упоминанием брака, потому продолжала я робко:

– Милорд… Расскажите, как учились музыке.

– Как и все. Матушка играла на фортепьяно, а я всегда крутился рядом, просил и показать, как извлекать звуки. Затем появился учитель, благодаря которому смог постичь скрипку, а на ситаре научился сам.

– Не могу представить, каково это… Почему вы так редко играете?

Дрогнувший огонек очертил тень светлой грусти на его лице.

– Твой ход.

– Но вы не ответили.