Книга Личное дело господина Мурао, страница 66 – Даша Завьялова

– Что это?

– О, это целая история!

Я села.

– Приехал я, значит, в Мукомати, и сразу в этот рекан. Хозяйка меня узнала и ну мне рассказывать, какой полиция устроила погром в комнате Яэ – буквально разобрала все татами по соломинке. Оказывается, говорит, госпожа Танака – дочь крупного промышленника из Киото, и он из полиции всю душу вытряс, лишь бы нашли ее убийцу, правда, говорит, та женщина, что живет в доме на отшибе, уже призналась, и комнату-то можно было бы и не громить… Я улучил минуту, пока она переводила дух, и спросил, где могу найти Сэцуко – ту горничную, которая видела мужчину, который пришел за Яэ.

Хозяйка сказала, что Сэцуко на полдня взяла отпуск и приедет только после обеда, часа через два. Мне надо было чем-то заняться в это время, и я вдруг подумал: а ведь сейчас, пока Наоко арестована, дом, возможно, стоит пустой – и я снова могу туда залезть и пошарить уже обстоятельно.

Даже зная, что Кадзуро жив, здоров и на свободе, в этот момент я все равно испугалась. Вот ведь как ему вчера понравилось взламывать чужие дома!

– Но как же тот мужчина? Ведь ты вчера был уверен, что он живет у Наоко.

– Да я подумал, что он должен был уехать после ее ареста, но, конечно, решил сначала понаблюдать. Я снова пошел к тому дому, уже по кромке леса: в тот раз я так и не понял, откуда тот крестьянин видел окно и человека в черной юката, поэтому надо было обстоятельнее изучить, что и откуда видно. Дошел до той дзельквы, за которой ты стояла, и тоже спрятался за ней, раз уж она оказалась таким хорошим укрытием. И на всякий случай приготовил фотоаппарат.

Я бросила взгляд в угол комнаты: еще заходя сюда, я приметила, что на столе в беспорядке стоит оборудование для проявки фотографий, как будто Кадзуро воспользовался им, но не убрал, а просто сдвинул на край стола, а в кюветках еще блестел раствор. Так вот что это за металлический запах – Кадзуро привез из Мукомати какие-то фотографии и даже успел их проявить! Но где они и, главное, что на них изображено?

– Лежал я так, наверное, час – торопиться-то особо было некуда. Я бы, правда, полез туда еще раньше, но рядом по дороге все ходил кто-то, да и на соседнем поле я видел крестьян – и все не рисковал. И вот по прошествии этого времени, когда я уже было решил проползти около дома и попытать удачи с другого окна, которого не было видно с поля, я заметил в доме какое-то движение и тут же схватил аппарат. И только я его навел, как понял: со вспышкой-то нельзя снимать! В общем, пока перенастраивал на естественное освещение, потерял, наверное, самый удачный кадр, но кое-что, – Кадзуро потянулся к стопке фотографий на столе, – все-таки удалось снять.

Я схватила фотографию. Конечно, это было не совсем то, на что я рассчитывала. На фотографии было видно часть дома Наоко и мужчину, стоящего на пороге. В руках у него было что-то непонятное.

– Что это?

– Вытряхивал то ли одежду, то ли какие-то тряпки, и вообще, судя по всему, убирался дома.

Я продолжала рассматривать фото. Качество было не очень хорошее, а сам мужчина на всех снимках был снят сбоку, и на одном – с затылка. Было понятно только, что он молодой и, похоже, очень симпатичный. И все-таки, каким бы ни было качество, было ясно, что это не Мурао.

– Я съездил домой, проявил фотографии, потом поехал обратно в рекан – показать их этой Сэцуко, которая уже вернулась к тому времени. Она посмотрела и сразу сказала, что это он приходил за Яэ.