Книга Выстрел мимо цели, страница 62 – Ричард Томас Осман

– Связана. Съезжу с тобой за покупками в следующий раз, чтобы компенсировать неудобства.

Еще одно сообщение приходит на телефон Элизабет:

Викингу что, больше заняться нечем? Обе женщины откидываются назад и любуются серыми, сырыми видами в окне. О Англия, ты действительно умеешь быть тусклой, когда захочешь.

Наконец Джойс сдается.

– Так куда же мы все-таки едем?

– На встречу с моим старым другом, – отвечает Элизабет. – С Виктором.

– Когда-то у нас был молочник по имени Виктор, – сообщает Джойс. – Есть ли шанс, что это тот самый Виктор?

– Очень может быть. Если твой молочник работал главой Ленинградского КГБ в восьмидесятые.

– Нет, наверное, это другой, – вздыхает Джойс. – Хотя молочники развозят молоко очень рано, верно? Может, он совмещал две работы?

Они смеются, и в это время подъезжает тележка со снедью. Джойс задает женщине, катящей тележку, ряд вопросов. Бесплатен ли чай? Есть ли печенье? А онибесплатные? А это что, бананы? Пользуются ли успехом бананы в поезде или главной приманкой служит печенье? Намного ли горячей кофе в начале поезда, чем в конце? Затем последовали дополнительные вопросы, в результате чего выяснилось, что женщина, толкающая тележку, недавно вернулась на работу после рождения ребенка и ее муж, который трудится на стройке в аэропорту, на самом деле отлынивает от домашней работы, а его мать была совершенно невыносимой и постоянно его защищала. В конце расспросов Джойс решила, что не очень-то голодна и ничего не будет есть, спасибо. Элизабет взяла воды, и тележка с женщиной продолжили свой путь, пожелав обоим счастливой дороги.

– Так зачем же мы едем к Виктору?

Элизабет не отвечает, пока тележка не скрывается из вида.

– Боюсь, мне придется его убить.

– Не шути так, Элизабет, – просит Джойс. – Мы в самом разгаре расследования. И через многое прошли за последнее время.

Джойс права. Элизабет мысленно возвращается к убийству Тони Каррана. К Яну Вентаму и Пенни в «Ивах» и к Джону, державшему жену за руку. Все это казалось какой-то злой шуткой, однако стало началом длинной череды событий, увенчанной тем, что она сидела теперь в поезде из Поулгейта на 09:44 вместе с лучшей подругой и пистолетом в сумочке. С «лучшей подругой»? Эта мысль ей раньше в голову не приходила. Элизабет кивает Джойс в знак согласия.

– Знаю, но, боюсь, нам придется пройти еще через кое-что, прежде чем мы закончим.

– Но ты не можешь просто взять и убить кого-то, Элизабет.

– Мы обе знаем, что это не так, Джойс. И в данном случае я обязана это сделать.

– Зачем? Что случится, если ты его не убьешь?

– Тогда убьют меня. (Вообще-то, убьют тебя, Джойс. И я не должна позволить этому случиться.)

– Иногда ты в самом деле ведешь себя нелепо, – говорит Джойс. – С каких это пор ты начала делать то, что тебе велят? Кто заставляет тебя убить Виктора?

– Я не знаю.

– МИ-5?

– Я бы предположила МИ-6, Джойс, при всем уважении. Но нет. Просто высокий швед.

– В Швеции все высокого роста, – замечает Джойс. – Об этом рассказывали в «Том самом шоу»^[64]. Так он тебе платит?

– Нет, всего лишь угрожает смертью. (Твоей смертью, моя милая, добрая, чрезвычайно разговорчивая подруга.)

– Что ж, ладно. Наверное, у меня нет полной картины, но полагаю, я с тобой, чтобы помочь. Для того и существуют подруги.