Книга Убийства в «Потерянном раю», страница 32 – Эдогава Рампо, Нисио Тадаси, Огури Муситаро, и др.

Вот и конец моего рассказа. С тех пор я ни разу не слышал о многоликом актере. Наверняка он скитался по всей стране и в конце концов остался прозябать в какой‑нибудь глуши.

Огури Муситаро (настоящее имя – Огури Эйдзиро) родился в Токио, в зажиточной семье торговцев сакэ. После школы работал в электрической компании, затем открыл собственную типографию. Дебютировал в 1927 году под псевдонимом Ода Сэйсити с рассказом «Посмертные записки одного прокурора» в журнале «Синсэйнэн», однако успеха не снискал. Через пять лет опубликовал повесть «Идеальное преступление» уже под псевдонимом Огури Муситаро. Работал в жанре детектива, характерная черта его творчества – привлечение широкого объема знаний, интерес к науке и оккультизму, «невозможные» способы совершения преступлений. Сочинил цикл рассказов и роман «Убийства в зале черной смерти», объединенные фигурой сыщика Норимидзу Ринтаро. Во время Второй мировой войны провел некоторое время в Малайзии в составе отряда информирования. После возвращения в 1942 году стал испытывать проблемы со здоровьем. Скончался от кровоизлияния в мозг.

1. История падшего ангела

Между курортом горячих источников К. и островом Хиёдори, в километре от него, проложен извилистый мост из полусгнивших деревянных досок. В тех краях, вслед за поэтом Аоаки, его называют Мостом вздохов.

Всем известно, что на острове стоит выстроенная на личные средства профессором Канэцунэ Рюё больница для прокаженных под названием «Сад небесных дев», а по мосту ходят лишь погруженные в меланхолию пациенты и члены их семей.

Однако четырнадцатого марта, в полдень, когда золотые солнечные лучи озаряли дымку прошлой туманной ночи, по мосту с мрачным видом шел Норимидзу Ринтаро. Он планировал отдохнуть несколько дней на горячих источниках в К., но так случилось, что в «Потерянном раю» – так называли исследовательскую лабораторию на острове – убили двух человек, и заместитель директора, профессор Мадзуми, зная, что его друг Норимидзу собирается на источники, не мог не воспользоваться случаем.

Хотя внешне Норимидзу был недоволен, но внутри преисполнился любопытством. Он давно прослышал о странностях в поведении профессора Канэцунэ и о различных кривотолках вокруг «Потерянного рая».

С тайнами лаборатории Норимидзу соприкоснулся, как только заговорил с профессором Мадзуми. Профессор вызвал по телефону ассистента и бакалавра медицины Кёмару, который, по его словам, был куда лучше осведомлен в произошедшем, а затем сообщил нечто неожиданное.

– Не сочтите странным, но я ни разу не ступал на территорию Дзагёсё (места, где находился «Потерянный рай»). Это чистая правда, ибо, кроме ассистентов Каватакэ и Кёмару, ни один человек – даже я – не допускался туда. В общем, это terra incognita.

– А кто погиб?

– Ассистент Каватакэ. Очевидно, это убийство. Вдобавок по какому‑то нелепому совпадению директор больницы тоже скоропостижно скончался. В любом случае деревенская полиция навечно сохранит все в своих отчетах.

В этот момент зашел невысокий полный мужчина тридцати с лишним лет. Мадзуми представил его как бакалавра медицины Кёмару.

Кёмару с нездоровой, желтой, словно покрытой нарывами, кожей выглядел крайне сумрачно. И Норимидзу, перед тем как отправиться на место происшествия, смог услышать из его уст неожиданные и удивительные подробности из жизни обитателей лаборатории.