Онлайн книга «Неожиданное доказательство»
|
«…Ушла от меня дочь, Иванова Маргарита Матвеевна. Прошу сообщить мне, где она прописалась». Дальше следовали адрес и фамилия заявителя. Никаких примет в заявлении не указывалось. * * * Механик мельничного комбината Матвей Михайлович Иванов сидел перед следователем и взволнованно рассказывал ему горестную историю своей дочери. — Как-то раз приходит соседка и говорит: «Риту в милицию забрали». Я уж и не помню, как до отделения добрался. И вот в кабинете у начальника я, солдат трех войн, сижу и, как малый ребенок, плачу. А ей хоть бы что. «Никакого Жоры Гангстера, — говорит, — в американской курточке я не знаю и с Галей Бакуновой не водилась». Ну, отпустили ее. Пришли мы домой. Я, конечно, стал ей выговаривать. А она в ответ: «Не ваше дело!» — Матвей Михайлович перевел дух, вытащил из кармана большой клетчатый платок и, вытерев мокрый лоб, продолжал: — Ну, признаться, не вытерпел я тут и крикнул по старинке: чей хлеб ешь! А она только хихикнула. «С такими, —говорит, — глазами, как у меня, милый папочка, я и без вашего хлеба проживу, пирожные кушать буду». И, стыдно сказать, я ее — за косу. Но только замахнулся. Ударить совести не хватило. Вырвалась она и уже с порога крикнула: «Счастье ваше, что вы меня на свет породили! А то бы завтра по вас панихиду пели!» Иванов замолчал и полез в кисет, который он уже давно вертел в руках, но закурить не решался. Каронин закурил сам, и это, вероятно, подбодрило его собеседника. — И больше вы от нее не имели никаких известий? — спросил Каронин. — Никаких. Каронин вынул из ящика три одинаковые занумерованные коробки, положил их на стол и позвал понятых. В их присутствии он открыл коробки. В двух из них были волосы живых женщин, а в третьей — волосы, найденные на чердаке. — Попробуйте, Матвей Михайлович, опознать волосы вашей дочери, — обратился Каронин к Иванову. Старик побледнел, заплакал и после некоторого молчания указал на третью коробку. * * * — Я ничего не помню, — испуганно говорила полная, модно одетая блондинка с фиолетовыми губами. — Это было шесть лет назад… Теперь я стала совсем другим человеком. У меня муж, дети… — Все это так, гражданка Бакунова, однако мне думается, что у вас в памяти все-таки осталось кое-что из прошлого. — Ровно ничего, — блондинка улыбнулась. — Представьте себе, как только я вышла замуж, я в тот же день поклялась себе обо всем забыть. И забыла. — Да что там особенного и забывать-то. Ну, гуляли, романчики крутили. Никто вас за это упрекать не станет. — Конечно, — охотно согласилась Бакунова, — даже мой муж никогда не расспрашивает меня о прошлом и не ревнует к нему. — И к Жоре Гангстеру тоже? Веки допрашиваемой неожиданно дрогнули, но ее замешательство длилось лишь одно мгновение. — При чем же тут я? — искренне удивилась Бакунова. — Если хотите знать, за мной тогда ухаживал Пулгеров, начальник отдела кадров из типографии. А Жора погибал из-за Маргоши Ивановой. — Ну вот видите, оказывается, начальника отдела кадров вы запомнили. — Еще бы, если бы вам каждый день дарили такие букеты, как он мне, и вы бы, наверное, его запомнили. А Жора, хотя и вор был, тоже не оставлял Маргошу без внимания. — Как вы узнали, что Жора был вором? — Из газет, когда его осудили. — А раньшевы знали об этом? — Нет, но по тому, как он себя вел, я кое о чем догадывалась. Ревнивый он был до ужаса, каждый день угрожал ей финкой. |