Книга Дуэль двух сердец, страница 81 – Ксения Холодова

Была бы Клэр прежней, то, вероятнее всего, расплакалась бы от искренности его похвал.

– Все мы слишком уважаем нашего Глеба, но… – Константин показательно оглянулся по сторонам, приблизился к Клэр и приложил руку к груди, – признаться, иногда он начинает забываться и думает, что всё ещё ходит в чине ротмистра. Командует, запреты накладывает, доносит о наших проказах. Было любопытно наблюдать, как хоть кто-то вознамерился ему противостоять.

В голубых глазах отражались красно-жёлтые блики чуть утихшего костра. Как потом выяснилось, напитком, которым Корницкий поливал сахар, был ром. Гриша вытащил из костра горящую веточку и поднёс к пропитанному крепким алкоголем сахару. Вся масса очень быстро загорелась синим призрачным пламенем и стала стекать, расползаясь по саблям жжёными каплями. «Так вот с чего вдруг такое интересное название!» – подумала Клэр и, зачарованная происходящим, продолжила смотреть. Внутри разгоралось любопытство. Оно будоражило кровь и нестерпимо щекотало живот всякий раз, когда Клэр приходило осознание того, что это всё действительно происходит с ней.

– Можно пить! – с облегчением и радостью крикнул Гриша, когда весь сахар опустился на дно котла. Он небрежно перемешал содержимое саблей и вытер её о кушак.

Разливать жжёнку должен был вахмистр. Стоящий и чувствующий себя явно лишним седой мужчина наконец ободрился, пригладил пальцем усы и как ужаленный кинулся к чану с напитком. Пока вахмистр разливал жжёнку по стаканам, остальные расселись на двух коротких брёвнах и придвинулись к огню на расстояние вытянутой руки.

Выстрел!

Ещё один!

Все сидящие разом оглянулись. Корницкий кричал на всю округу в беззвучную ночную гладь, пытаясь подтолкнуть друзей на какую-нибудь авантюру, а стоящий рядом с ним Исай что-то выкрикивал ему в такт, подражая.

– Ау-у-у-у! – завыл Корницкий так протяжно, что на мгновение показалось, будто действительно в их лагерь пожаловала стая волков.

– Друг, до полнолуния ещё несколько дней, – шутя подстегнул разгулявшегося Гришу Габаев, закурил трубку и, крепко сжав мундштук ртом, вновь стал копошиться в сумке.

– Считаешь, я мог бы сойти за оборотня, которого приворожила лесная ведьма? – Корницкий и без того был крайне чудной и бесшабашный, куда ему ещё и пить.

– Лесная ведьма? – недоверчиво скривилась Клэр и обратилась за ответом к Сергею.

– Сказки, – махнул он рукой, когда в Клэр уже разыгрался интерес.

После этого она ещё некоторое время оглядывалась на чернеющую густую линию за своей спиной. Ветер погладил затылок леденящей невидимой рукой, отчего Клэр потянулась к фуражке и сильнее сдвинула её назад. «Сказки!» – повторила она, пытаясь отогнать внезапный страх.

– Ну что, господа! Предлагаю начать наш скромный пир.

– Пир, Корницкий, – это когда ещё есть что пожрать, – почти с грустью сказал Костя, и у большинства, включая Клэр, заурчало в животе. А ведь действительно, когда они ели в последний раз? Ужин был добровольно пропущен.

– Филя-я-я? – с надеждой обратился Габаев к Фёдору, и прикрытые фуражками головы разом обернулись на тучную фигуру друга.

– Конечно, я взял, чем полакомиться, да только совсем немного, – сказал он негромко и застенчиво, но, завидев благодарные лица друзей, тут же и сам расплылся в улыбке, выпрямил сгорбленную над мешком спину и, казалось, возгордился своей полезностью.