Книга Дуэль двух сердец, страница 80 – Ксения Холодова

– Ну уж простите! За пьянкой «нетривиальной» милости просим прогуляться до полка Александрийского! – язвительно, будто слова Габаева задели самолюбие, прошипел Корницкий.

– А что в Александрийском? – с неподдельным любопытством и озабоченностью стал допытываться младший Соболев.

– Неужто брат не рассказывал?

Костя отрицательно покачал головой и принялся нарезать яблоки большим солдатским ножом, а когда закончил, аккуратно сложил кусочки в котёл и перемешал.

– Да поговаривают, что там такое мракобесие творится. То ли масонские сборища, то ли настоящая магия.

– Да, и я о том слышал. – Голос Фёдора зазвучал так резко и чисто, словно по ранней весне разлился горный ручеёк. – Мне рассказывали, что там и лошадь в процессе участвует, и что подкову нагревают добела, а после кидают в общий чан с напитком. Колдовство – не иначе. – Юноша вдруг испуганно перекрестился три раза и вскинул взгляд к небу. Клэр переглянулась с остальными и только улыбнулись. Не было нужды убеждать его в обратном.

– И в честь чего вы решили провести сие торжество именно сегодня?

– А ты не догадываешься?

Клэр промолчала, хотя на ум ответ пришёл очень быстро.

Пока старший Соболев уже дорезал ананас, неведомо откуда привезённый денщиком Корницкого утром этого же дня, сам Гриша вместе с Сергеем уже держали в левой руке бутылку шампанского, а в правой обнажённую саблю.

– Готовы? – крикнул вдруг кто-то из них, и практически сразу стоящий рядом с Клэр Лесов положительно отозвался.

Девушка не успела ничего спросить, как раздались два гулких хлопка. Сабля каждого резко скользнула по бутылке своим остриём и ровно срезала стеклянное горлышко. Шипящий напиток белым пенящимся фонтаном устремился вверх навстречу обжигающему ночному морозу. Клэр радостно ахнула, захлопала в ладоши и громогласно закричала на всю округу под ликование остальных. Шампанское вылили в котёл к нарезанным фруктам. Затем к общей массе добавили белое вино. Содержимое котла забурлило, зашептало, словно колдовской эликсир, а аромат от сушёных и свежих фруктов был так сладок, что Клэр ощутила его на кончике языка и слишком громко сглотнула скопившуюся слюну.

– Мы обещали, что непременно приготовим для тебя наш традиционный напиток, – сказал Корницкий, закончив укладывать кусочки сахара горкой на скрещенных между собой саблях, которые друзья предварительно разместили на котле. – Было принято единогласное решение о том, что сегодняшний день как нельзя лучше подходит для того, чтобы наконец ты стал одним из нас.

– Разве я не стал одним из вас, когда разбил на лету рюмку? – Клэр подошла ближе и заинтригованно заглянула внутрь котла. – Не слишком ли много обрядов да посвящений?

– Во-первых, – начал Корницкий, устало закатив глаза и поливая чем-то сложенный пирамидкой сахар, – традиция с разбиванием рюмки давно устарела. Её проводят старики вроде Малиновского и Степана. Во-вторых, если ты уже заметил, здесь лишь наша небольшая, но зато очень одарённая и дружная компания, а не всякие-разные. – Гриша деловито покрутил пальцем у своего носа.

– В-третьих, мы решили, что сегодня ты показал свой характер. – К Клэр подошёл Костя и взглянул на неё с той же заботой, с какой вечно смотрел на младшего брата. – Подлинный гусарский характер. Да и Исай мой тоже в грязь лицом сегодня не ударил. Это всё ради вас! Все мы знаем, что вы сейчас переживаете. Знаем, как вас пугает неизвестное. В этом ведь и заключается отвага – сомневаться, но лететь опасности навстречу не из-за страха, а вопреки ему.