Книга Райские птицы, страница 98 – Анастасия Вронская

Мы идем по каменным коридорам дворца, и мое внимание то и дело привлекают отражения света на мозаичных окнах. Белава, тихо ступая рядом, придерживает подол моего сарафана, чтобы тот не запутался в ногах: я снова решила опробовать туфли.

Внезапно мое внимание перехватывает что-то другое. Откуда-то впереди доносятся резкие, глухие удары, мужские выкрики, которые гулко отдаются эхом по каменным стенам. Я останавливаюсь, прислушиваюсь и поворачиваю голову к Белаве, которая, впрочем, кажется не удивленной.

– Это учебные бои, госпожа, – поясняет она, видимо заметив мой вопросительный взгляд. – Наверняка эти коридоры смыкаются с крылом для слуг и казармами.

Любопытство подталкивает меня пойти дальше, и я жестом прошу Белаву сопровождать меня к источнику звуков. Мы поднимаемся по лестнице, затем сворачиваем за угол, и вскоре перед нами раскрывается вид на просторный зал. Здесь, среди высоких деревянных колонн и тяжелых дверей, на гледищах – рядах скамеек, расположенных вдоль стены, – сидят несколько зрителей.

Я вижу его сразу. Рион. Он сидит, опершись локтями на колени, глаза пристально следят за поединком в центре зала. В его позе чувствуется напряжение, как будто он сам участвует в схватке. Рядом с ним, на пол-оборота повернувшись к площадке, находится Ириней. Его выражение более спокойное, задумчивое, даже небрежное. Он рассеянно наблюдает за схваткой, будто мыслями находится где-то еще.

В центре зала же двое мужчин ведут поединок. Радан и Иван. Движения Радана быстрые, точные, даже опасные – отточенные годами тренировок. Деревянные клинки сталкиваются, удары эхом разлетаются по залу. Иван явно уступает старшему брату: его выпады не столь уверенны, движения часто теряют точность. Радан, наоборот, двигается с какой-то нечеловеческой легкостью и уверенностью, его глаза светятся хищным блеском, и каждый его выпад будто бы заранее обречен на успех.

– Вставай ровнее, – раздается резкий голос Радана. Он отступает на шаг, давая Ивану возможность восстановить дыхание, но не дает ему расслабиться. – Ты слишком открываешься, брат. С такой защитой тебя и мальчишка с ножом одолеет.

Иван заметно ниже и худее брата, но тот его за это не щадит. Младший князь старается выполнить указания брата, но видно, что ему нелегко. Я задерживаюсь взглядом на Рионе. Его лицо почти неподвижно, но в глазах играет что-то, что трудно прочитать: смесь горечи и обиды. Он не вмешивается, только наблюдает, но его руки крепко сжаты, а взгляд сосредоточен на каждом движении братьев. И непонятно, что породило его напряжение: схватка братьев или наш утренний разговор. Радан замечает нас с Белавой, и в его взгляде вспыхивает насмешка.

– О, гости незваные, но желанные. – Его губы изгибаются в ухмылке. – Проходите, присаживайтесь.

Я было желаю отказаться, но князь продолжает:

– Правда, боюсь, что здесь нет достойных мне соперников, чтобы зрелищами вас развлекать.

Рион издает короткий, но слышный всем нам смешок, и в зале мгновенно наступает тишина. Все взгляды обращаются на него.

– Как минимум два достойных соперника здесь точно есть, – небрежно произносит Рион, вставая с места. Ириней хищно ухмыляется, потягивая плечо травмированной руки и готовясь встать, но князь делает жест, велящий ему остаться.

Рион медленно направляется к площадке, бросая на меня быстрый взгляд, – его глаза сияют решимостью. Зачем он это делает? Вижу тень злости на красивом лице, и под дых ударяет осознание: он идет бороться не с братом. Лишь со своими чувствами, которые я в нем пыталась затушить. И ни у кого из нас двоих этого не получалось.