Книга Райские птицы, страница 95 – Анастасия Вронская

Не раздумывая, поступаю так же. Мысль о том, чтобы спускаться по бесконечным лестницам и коридорам дворца, кажется невыносимой тратой времени. Подхожу к подоконнику и, чувствуя легкое волнение, перекидываю ногу через каменный карниз.

– Веста? – доносится снизу удивленный голос Риона.

– Ловишь меня? – шучу я, раскидывая руки в стороны.

– Здесь очень высоко, – даже отсюда вижу, как косая красивая улыбка изгибается на его губах, – но, если что, рядом с Иринеем есть свободная койка.

Отталкиваюсь от подоконника и позволяю себе упасть вниз, ощущая, как ветер свистит в ушах. Момент кажется вечностью, и в эти секунды чувствую себя совершенно свободной – крылья раскрываются за спиной. Они подхватывают меня, смягчая полет, и я описываю плавную дугу.

– Каждый раз изумляюсь, – выдыхает Рион, когда я мягко приземляюсь перед ним. Князь протягивает руку и осторожно касается пера на крыле. – Как там, в саду. Думал: запоешь – случится недоброе. Но отдернуть руки не мог.

Тепло его прикосновения отзывается в теле чувством, название которому я дать не в силах. Некоторое время мы стоим, наслаждаясь моментом. Солнце поднимается все выше, окрашивая небо в золотистые тона. Туман над озером постепенно рассеивается, открывая кристально чистую водную гладь.

– Ну, так что? Прогуляемся? – Он подает мне руку.

– С удовольствием.

Мы идем вдоль берега, и прохладные волны ласково омывают наши ступни. Песок под ногами мягкий, чуть влажный от утренней росы. Птицы поют в кронах деревьев, и все вокруг кажется наполненным жизнью и гармонией. Мне трудно оторвать взгляд от Ильменя. Я вспоминаю свои сны, вспоминаю реку в саду – все не то. Раскинувшаяся передо мной гладь воды невероятной красоты тянется до самого горизонта, будто бы не имеет конца. Она манит к себе, в более далекое путешествие, нежели то, в котором я сейчас.

Замечаю, как Рион неожиданно останавливается и начинает снимать сапоги. Я смотрю на него с недоумением и спрашиваю, приподнимая бровь:

– Что ты делаешь?

Он хитро улыбается, не отвечая, и медленно закатывает штанины. Затем поворачивается ко мне и, прежде чем я успеваю что-либо сказать, подхватывает меня за талию.

– Рион! – восклицаю я, удивленно смеясь. – Что ты задумал?

– Доверься мне, Пташка, – шепчет он, и в его глазах играет озорство.

Не успеваю опомниться, как он несет меня прямо в воду. Прохладные волны касаются моих ног, и легкий холодок пробегает по коже. Возможно, не из-за воды.

– Ты сумасшедший! – смеюсь я, обвивая руками его шею, чтобы не упасть.

– Возможно, – отвечает он с улыбкой. Мы заходим чуть глубже, вода достает до его колен. Он бережно опускает меня, и я ощущаю, как прохлада обнимает нас обоих. – Видишь, не так уж и плохо. – Рион глядит на меня с нежностью.

Я оглядываюсь. Вода прозрачная, сквозь нее видны гладкие камни на дне. Солнечные лучи играют на поверхности, создавая танцующие блики.

– Здесь очень красиво, – признаюсь я, отпуская его шею, но оставаясь рядом. Рион картинно вздыхает с досадой, отчего я хихикаю.

Он отходит на шаг и, набрав в ладони воду, брызгает на меня. Мы, словно дети, начинаем играть, плескаясь в воде и забывая обо всем на свете. Смех разносится над озером, сливаясь с пением птиц.

Запыхавшиеся, мокрые и раскрасневшиеся, мы останавливаемся поодаль друг от друга, чтобы перевести дух.