Книга Райские птицы, страница 58 – Анастасия Вронская

– Еще один старинный обряд, – продолжает он, чуть кивнув в сторону одного из костров. – Со времен праотцов верят, что ветер, уносящий пепел, приносит счастье и урожай. В эту ночь как никогда близко к нам боги. И забытые ими обряды.

В той толпе мелькает знакомый облик Марфы. Она склоняется к Володарю, что-то шепчет ему. Линия губ напряжена, плечи острые, сведенные вместе: боярыня вновь на что-то зла.

– Давай пройдемся, покажу тебе кое-что. – Рион уводит меня в глубь поля, между рядами снопов, и я теряю Марфу из виду. – Видишь эту арку? Это место особенное – здесь читают самые важные заговоры. Любовные и обереги для детей, к примеру. Говорят, если встать под нее и прошептать свое желание, оно обязательно сбудется.

– Правда? – спрашиваю я. – Неужели можно просто так попросить счастья? У богов, которые лишили нас с сестрами его по праву существования?

– Хочешь попробовать? – Он останавливается, опираясь рукой на старую резную балку. – Тебе не обязательно делиться с нами своим желанием. Просто загадай, и все.

Смотрю на него и вижу, как в зеленых глазах пляшут отблески костра. Неожиданно становится тепло, и я, сама того не понимая, делаю шаг вперед и становлюсь под арку. Закрываю глаза и на миг забываю обо всем. О яблоках, о лживом Лукиане, о прошлом. Чувствую, как ветер мягко трогает лицо, ласкает крылья, и шепчу:

– Пусть мы с сестрами найдем свое место. Пусть никто не сможет причинить нам вреда. Пусть я узнаю правду.

Когда я открываю глаза, вижу Риона, стоящего чуть в стороне, и его лицо кажется удивленно-спокойным. Он кивает, будто услышал каждое слово, и делает шаг ближе.

– Я не в силах повлиять на богов, но обещаю, что сделаю все возможное, чтобы желание сбылось. Веста, я…

Я не успеваю услышать его слова – где-то в толпе поднимается шум. Люди вдруг начинают оглядываться, указывая на что-то в стороне. Перекрикиваются, замирают.

Пламя костров колышется, тени становятся длиннее и гуще. Сердце вдруг сжимается, и я непроизвольно хватаю Риона за руку.

– Что там происходит?

– Не знаю, – хмурится он, переводя взгляд с меня на толпу и обратно. Стража, все время околачивающаяся неподалеку, сбредается к князю. Боковым зрением вижу черную тень Иринея. – Не отходи от меня.

Я успеваю заметить, как где-то за кострами вдалеке вспыхивает яркий свет. Огонь, который не похож на мирное пламя. Огнище, что разгорается там, где его не должно было быть.

– Это поджог! – выдыхаю, чувствуя, как холод пронзает тело. – Там кто-то…

Вдруг мне становится страшно: я понимаю, что в этом огромном огненном круге, куда направлены все взгляды, стоит маленькая фигурка, зажатая между языками пламени. Ребенок.

Все происходит так быстро, что я не успеваю понять.

– Веста, стой! – слышу я голос Риона позади. Не просто зовет – вскакивает в грудь, хватает изнутри, но не больше: ему за мной, взмахнувшей крыльями, не поспеть. Если бы мог, он бы сам встал между мной и пламенем. Но я – быстрее.

Кажется, даже не дышу, все внимание нацелено только на нее. Девочка с белокурыми волосами, застывшая в центре пылающего круга, стоит совсем неподвижно. Не плачет, не кричит. Ее лицо удивительно спокойно.

Взгляд девочки пронзает меня неожиданной зрелостью. Он кажется до странности знакомым.

– Держись! – кричу, едва ли не срывая голос, взмывая вверх и бросаясь прямо в огонь. На миг мне чудится, что девочка… Улыбается? В ее глазах мелькает нечто чудное – вызов или насмешка, и прежде, чем я успеваю осознать это, крылья уже обжигает жар, но я лечу дальше, сквозь дым и пламя, чувствуя, как оно жадно трогает перья. Сильный взмах – и я у самой земли, подхватываю ее, крепко прижимая к себе. Огонь шипит вслед, но я не выпускаю ее из рук. Вскакиваю, снова взмываю вверх, лишь бы подальше от яростных языков пламени, пока все тело не сковано болью. Дышать тяжело, каждый вздох наполняет легкие горячим, горьким воздухом, а крылья подрагивают, и я едва успеваю выбраться за огненный круг, падая коленями на землю.