Книга Райские птицы, страница 16 – Анастасия Вронская

Слова мои ложатся жгучими искрами в тишину. Они несут в себе правду – жестокую, но неизбежную. Мила смотрит на меня, и на мгновение ее решимость дает трещину, но упрямство все равно берет верх. Воздух кажется гулко-негнущимся, и я глубоко вздыхаю с надеждой успокоиться.

Переведя взгляд на Риона, я думаю, что даже буду скучать: так живо в саду не было никогда. Он сядет на коня и уедет в Златоград, домой, а я так и останусь здесь. В голове всплывает мысль о библиотеке, где Рион нашел информацию о трех загадочных птицах. Должно быть, библиотека полна древних летописей и книг. Сколько еще в мире нечисти, о которой пишут люди?

Прокручивая мысль снова и снова, вздрагиваю от прорезавшей разум идеи.

– Я пойду с ним. И смогу убедиться в том, что яблоко точно попадет в руки его отца.

Сестры застывают как громом пораженные. Бажена, обычно спокойная и невозмутимая, прижимает ладони к груди, будто бы пытаясь удержать сердце, которое готово выпрыгнуть. Мир, в котором мы жили всю жизнь, для них внезапно пошатнулся.

Мгновения спустя смех Милы разносится по поляне.

– Ты не можешь, – уверенно произносит Мила, заходясь хохотом. – Это глупо, сумасбродно и…

– И совершенно не так, как мы привыкли, – заканчиваю ее фразу. Я смотрю прямо на Милу, пока взгляд той мечется между нами, а недоверчивая улыбка сходит с лица. Мила сжимает губы в тонкую линию, не скрывая раздражения:

– Ты спятила, Веста. Оставить безнаказанным и выйти из сада с ним? Проводить его за ручку? Вместо того, чтобы отвадить и забыть, как страшный сон, ты предлагаешь это?!

Я встаю, и мое белое платье не сразу расправляется, обнажая щиколотки. Быстрым шагом подхожу к Миле, наклоняюсь и шепчу ей на ухо так, чтобы услышала только она:

– Не глупи и доверься мне. Я все равно сделаю что задумала, разрешения не жду.

Миле нечего возразить. Бажена и Рион, не расслышавшие моих слов, настороженно наблюдают. Поворачиваюсь к ним и с нетерпением сообщаю:

– Я пойду с тобой, Рион. Отправлюсь в Златоград и прослежу, чтобы ты действительно одарил яблоком умирающего отца, а не половину княжества.

Рион поднимает брови.

– Ты серьезно? – удивленно спрашивает он, вскидывая брови. Но, увидев мое решительное лицо, вздыхает и покорно кивает. – Это опасно… Люди не готовы встретить крылатую деву без страха и злобы. Придется ехать лесными тропами, в основном ночью. Я не собираюсь рисковать собой больше, чем это необходимо.

– Меня это устраивает, – коротко отвечаю я.

Мы замолкаем. В гнетущей тишине Мила почти обреченно прижимает яблоко к груди и, немного погодя, протягивает его мне. Единственный источник света на поляне – идеальный по форме плод.

– Возьми, – говорит Мила тихо, и голос ее дрожит.

Приняв плод из рук сестры, на несколько мгновений я задерживаюсь на ее ладонях. Пальцы Милы холодные, влажные. Встретившись взглядом с ней, я ободряюще улыбаюсь. Та не спешит улыбнуться в ответ, так и не поняв моих истинных намерений.

– Я подожду у окраины, – подает голос Рион, поднимаясь на ноги. Он хватается за ближайшую ветвь, чтобы удержать равновесие.

Пошатываясь, странник покидает поляну, и перед уходом его взгляд, полный странного смешения чувств, задерживается на мне дольше, чем на остальных. У меня же почему-то спирает дыхание.

Лишь когда его шаги стихают, Мила оборачивается ко мне: